Введение

Виталистская социология справедливости: истоки, состояние, перспективы развития

В России рубежа XX-XXI веков проблема справедливости, ее на­учной интерпретации и реального воплощения обострилась, быть мо­жет как никогда в прошлом. Это обострение стало возможным в ре­зультате новой революционной ломки всего уклада общественной и личной жизни человека в стране, совпавшей с масштабными цивили-зационными изменениями во всем мире, с коммуникационно-технологической революцией, изменившей его облик, образ жизни людей, их деятельность, ценности во всех сферах социального разви­тия, соотношение здесь глобального, национального и регионального, а также общественного, социально-группового и личностного. Мир стал иным и место, роль России в нем - тоже.

Усложнение общественной и личной жизни человека, ускорение темпов социально-исторических изменений, возросшие риски для жизни людей, в том числе нарастание опасности глобальных катаст­роф выдвинули на передний план развитие, роль виталистского соци­ального знания, других отраслей наук, обеспечивающих решение про­блем сохранения, оптимизации, жизнедеятельности современного че­ловека. В этой связи защищенность жизни стала рассматриваться фун­даментом понимания и технологического обеспечения справедливости в обществе, в личной жизнедеятельности человека. Виталистская со­циология оказалась востребованной, что называется, в результате крайней необходимости, в том числе и прежде всего для решения про­блем справедливости.

Вместе с тем настоящее учебное пособие но социологии справед­ливости акцентируя внимание на виталистском подходе, его возрос­шем значении, представляет фактически весь спектр современных трактовок справедливого и несправедливого, основные этапы его ста­новления в истории человечества, в современном разнообразии нацио­нально-культурных и социально-территориальных условий бытия лю­дей. При этом социологический витализм предстает фактически как базовая социальная метатеория, которая интегрирует все разнообразие социологических парадигм, всю систему современного социального знания, не умаляя их значимости.

На гаковой методологической основе стало возможным выявить особенности трактовки справедливою и несправедливого в целом ряде форм общественною сознания, не только в научном социальном зна-

нии. Все это позволяет не только обобщить большой объем знаний о справедливости, но и детализировать его, дифференцировать не только в рамках научных дисциплин социогуманитарного знания, что само по себе тоже очень важно, но и в пределах обществознания в целом, в разнообразии форм общественного созигкия: мифологии, религии, морали, философии, идеологии, искусства, обыденного сознания, мас­совой культуры.

Данный подход к осмыслению проблем справедливости стратеги­чески выводит человека, современное общество на спасительную ма­гистраль развития цивилизации управляемой социоприродной эволю­ции, преодолевающей стихийность истории дикого рынка, звериные законы борьбы всех против всех, всеразрушающий эгоизм, скрываю­щийся сегодня под внешне привлекательной нормой приоритета прав личности, попирающей права народов и государств, общественных групп и социальных институтов. Именем жизни, ценность которой определяет смысл справедливости, он задает социальные оправдания равенства и неравенства распределения, социального положения, по­ощрения и наказания, норм морали и права, моральной и правоприме­нительной практики.

Такое построение содержания и структуры курса виталистской социологии справедливости формирует целостное представление об ее основах и разнообразии трактовок, характере реализации в различных социально-исторических и национально-культурных условиях. Оно обеспечивается соответствующими контрольно-обучающими вопро­сами и рекомендациями учебной, а также научной литературы, при­мерным перечнем тем курсовых и дипломных работ.

Существенно важно учесть и то, что содержание этого учебного пособия особенно органично вписывается в программу обучения сту­дентов но направлениям «социология» и «социальная работа», а также ряда других направлений и специальностей социогуманитарного про­филя. При этом учитывается характер разработки образовательных госстандартов третьего поколения, модернизация социогуманитарного образования в России на пороге ее вхождения в Болонский процесс при сохранении основ отечественного образования, сохраняющего определяющее влияние русской национальной культуры, интересов национально-государственного развития России.

Лекция 1.

Представления о справедливости

в древних обществах и эпоху Античности

1.            Предпосылки и характер возникновения идей справедливости на чаре человеческой истории.

2.            Особенности    научно-философского   осмысления   проблемы справедливости в древности.

 3.            Характер и особенности воззрений античных философов на проблему справедливости.

 1. Предпосылки и характер возникновения идей справедливости на заре человеческой истории

Представления о социальной справедливости с первых этапов ис-тории общественного сознания, осмысления человеком внешнего мира определялись его отношением к природе, а также его отношениями со своими соплеменниками. Вся жизнь первобытного коллектива была подчинена определенной системе норм и правил, поскольку строгое следование нормам и правилам обеспечивало выживание индивида и всей группы. Первоначально человек познавал окружающий мир по­средством выделения дуальных начал: верх-низ, небо-земля, день-ночь, жизнь-смерть и т.д. Постепенно все явления и предмегы, кото­рые связаны с жизнью и имеющие высокую значимость, стали выде­ляться как наилучшие. Дальнейшая эволюция человеческого сознания привела к возникновению моральных, религиозных и эстетических ценностей. Однако эти ценности на ранних этапах своего формирова­ния входили в общую систему ценностей и раскрывались через взаи­модействие человека с природой и окружающими людьми.

Справедливость как отдельная категория на ранних этапах разви­тия мифологического сознания не находила своего четкого выражения. Как отмечает Ю.И. Семенов, на ранних этапах развития человечества _v все предмегы потребления были собственноегыо сообщества, напри­мер, пища (137. 138). Поэтому первоначально справедливость пред­ставлялась как примитивная уравнительность. Однако она не предпо­лагала распределение продукта между всеми членами сообщества по­ровну. Каждый член данного сообщества имел право на часть создан­ного в нем продукта лишь в силу принадлежности к этому сообществу. Справедливость начинает осмысляться с развитием иерархии в обще­стве. Она являлась первой реакцией общественного сознания на нера­венство в распределении жизненных благ, возникшее с развитием пер­вобытного общества.

На основе практики и идей «распределяющей справедливости» возникли представления о справедливости «воздающей», отразившей процесс возникновения и развития правосудия как общественного яв­ления, социального института. Согласно мифологическим представле­ниям древних греков, богиня справедливости и правосудия Фемида изображалась с повязкой на глазах, с весами и с рогом, откуда должна была сыпать на весы материальные блага, проявляя при этом полную беспристрастность и, что вполне очевидно, руководствуясь уравни­вающей всех мерой.

Представления о справедливости в эпоху древности носили пре­имущественно мифологический характер. Корни мифа уходят в глубо­кую древность, в толщу первобытной эпохи, отсчет которой ведется в эпохи палеолита - древнего каменного века. Сознательная и целесооб­разная деятельность человека первоначально имела ритуально-магический и мифологический характер. В эпоху мезолита (среднего каменного века - начиная с 12-10 по 8 тыс. до н.э.) происходит пере­ход человечества от присваивающего типа деятельности к производя­щему - земледелию, скотоводству, ремеслам. Именно к эпохе мезоли­та и относятся первые архаические мифы, осуществляющие регуляцию жизни архаического коллектива. Миф представлял собой некую сис­тему, в терминах которой воспринималось все окружающее древнего человека. Архаический миф выступал также и способом понимания и интерпретации мира. Поэтому миф стал одним из продуктов произ­вольной деятельности древнего сознания, в котором в фантастической форме переосмыслено реальное бытие коллектива, его отношение с природой, с самим собой, с миром предков и рядом живущими сосе­дями.

Мифы, по сути, были социальным феноменом, скрепляющим со­циальную группу. Миф идеологически обосновывал существование данной социальной группы, ее статус, нес в себе нормы, ценности, традиции и обусловленными ими модели поведения. Леви-Стросс от­мечает, что для древних обществ характерно дуальное построение со­циальной организации, ее деление на половины (76).

Иерархия мира и всех живых существ у различных народов доста­точно четко выстроена по направлению снизу вверх - от человека к верховному божеству. Смертный человек в этой иерархии занимает самое низшее место.

На втором месте находятся предки, которые покровительствуют живущим и оказывают посредничество между живущими и богами.

третий уровень в данной иерархии занимают существа человече­ского происхождения, совершающие различные злые деяния (приви­дения, злые духи и т.д.).

На четвертом уровне располагаются антропоморфные существа, в а также существа, являющиеся плодом мысли человека (духи, чудови­ща-карлики, гиганты, оборотни и т.д.).

На пятом уровне находятся младшие божества, являющиеся по­средниками и оказывающими влияние на все стороны жизни человека.

На шестом уровне находятся более значительные боги, управ­ляющие судьбами вселенной.

На седьмом уровне располагается безличное, первородное, вер­ховное божество. Его влияние на земные дела человека практически отсутствует, а само божество упоминается только в мифах;

Данная иерархия отражает покорность человека перед силами природы и загадками непознанного мира, признает верховную роль божества в жизни людей. Более четкое понимание справедливости наиболее ярко раскрывается в одном из положений древнегреческой мифологии, согласно которому существую! богини, ответственные за судьбу человеческого рода - мойры. Вначале они мыслились в виде старух, которые прядут нити судьбы.

Позднее они стали изображаться как силы высшего небесного правопорядка в образе женщин в белых одеяниях, с венками на голо­вах, вершащими под музыку небесных сфер прошлое, настоящее и будущее. Каждая имеет свое имя: Лахесие, дающая жребий еще до жизни человека: Клото, прядущая нить жизни человека; Лгрона. кото­рая заносит в свой свиток судьбы каждого человека и неотвратимо приближает будущее. Они предстают властительницы судеб, не при­нимающих апиеляцин от людей и неподвластные даже воле богов.

Таким образом, древнейшие памятники цивилизации свидетельст­вуют о том, что на ранних этапах развития общества категория спра­ведливости входила в более общее, единое понятие, отражающее ми­ропорядок в целом. Оно охватывало одновременно и природные про­цессы, и человеческие отношения, необходимое и должное.

2. Особенности научно-философского осмыслении проблемы справедливости в древности

У древних индусов, например, объектом поклонения были силы природы, которые рассматривались как внутренние причины, косми­ческие начала, определявшие и содержавшие основные законы жизни общества, ее справедливость. Эти законы, считали они, властвовали как над физическими процессами, так и над общественными, мораль­ными отношениями людей.

Даже в самых древних представлениях о справедливости уже за­метны противоположные тенденции, отражающие противоречивость, антагонизм социальной структуры древнего общества. Так, например, идеи справедливости, которые развивал брахманизм, оправдывали не­изменность кастового строя, извечную противоположность низших и высших слоев, пассивность, приспособленчество. Этим представлени­ям противостояло иное понимание справедливости. Один из вождей народного движения Шудр (IV - III вв. до н.э.) Махали Босала отвер­гал кастовый строй, представления брахманизма о справедливости в целом.

То же самое можно сказать и о древнекитайском обществе. Кон­фуцианские социальные и этические идеи оправдывали незыблемость иерархической социальной структуры, объявляли справедливым гос­подство богатства и знати, послушание, покорность простолюдинов.

Этой доктрине противостояли идеи народных движений, лозунги восстаний угнетенных, стихийно протестовавших против идеологии порабощения, суть которой метко подметил китайский писатель-демократ Лу Синь, писавший о конфуцианстве: «Я раскрыл книгу ис­тории. Каждая страница была испещрена словами «гуманность», «справедливость», «добродетель», ... и вдруг между строками рас­смотрел, что вся книга исписана одним словом - людоедство» (84, с. 64-65).

Божественный первоисточник сложившихся социальных и поли­тико-правовых порядков - основная тема древних мифов. В мифах древних народов по-разному решается вопрос происхождения земной власти и порядка. Различные версии мифа представляют интерес как познавательное отражение в форме мифа различных вариантов упоря­дочения и регуляции соответствующих общественных отношений. В мифах ряда народов говорится о первоначальном непосредственном правлении богов, которые затем людей научили искусству управления и передали власть земным правителям. Согласно древневавилонским и древнеиндийским мифам боги, являясь источниками власти правителя, вместе с тем и сами продолжают оставаться вершителями земных дел и людских судеб.

Согласно древнекитайскому мифу о божественном происхожде­нии и характере земной власти, именно верховный правитель Подне­бесной (император Китая) является единственной точкой связи с выс­шими, небесными силами. Вся власть сконцентрирована, в особе вер­ховного правителя, а все остальные должностные лица и государст­венный аппарат в целом лишь помощники личной власти правителя.

Приведенные мифологические версии о божественном характере земных порядков лежат в основе более конкретных воззрений о вла­сти, управлении, праве, справедливости, правосудии и др. Например, в соответствии с мифологическими и религиозными воззрениями древ­них египтян правду, справедливость и правосудие олицетворяет боги­ня Маат. Судьи носили изображение згой богини и считались ее жре­цами. Божественный характер земной власти (фараона, жрецов, чи­новников) и официально одобренных правил поведения, в т.ч. и ос­новных источников тогдашнего права (обычаев, законов, судебных решений), означал, что все они соответствуют божественному порядку справедливости.

По древнешумерскому мифу, в качестве покровителя справедли­вости, защитника слабых и теснимых фигурирует бог Шамаш, жестоко карающий все злое, лживое, несправедливое. Всякого, кто нарушит путь правды, справедливости, права, ждет неминуемая и суровая кара. Шумерские и вавилонские правители настойчиво подчиняли божест­венный характер своей власти и своих законов, их соотношение неиз­менным божественным установлениям и справедливости.

Постепенно происходит усиление правового аспекта в трактовках справедливости. Уже в Риме понятие справедливости перестает связы­ваться преимущественно и только с областью морально-философской. Оно утверждается и в сфере правовой мысли. Вообще но мере усиле­ния роли товарно-денежных отношений категория справедливости становится все более предметом не только философских, этических, но и философско-правовых исследований, а также социально-экономических разработок.

3. Характер и особенности воззрений

античных философов на проблему справедливости

Уже у Плутарха в исторических повествованиях есть упоминания о том. что любой мыслитель, деятель то или иное говорил о справед­ливости.

Эпикур (341-270 гг. до н.э.) - родоначальник школы эпикурейст­ва. Он создал одно из первых учений о нравственности, которое яви­лось основой для понятия справедливою и несправедливого. Развитие лих идей происходит в этике, которую Эпикур понимал как дорогу к постижению счастья. «Под счастьем мы разумеем свободу от телесных страданий и от душевных тревог... Начало всего этого и величайшее благо есть благоразумие. От благоразумия произошли все остальные добродетели. Он учит, что нельзя жить приятно, не живя разумно, нравственно и справедливо, и, наоборот, нельзя жить разумно, нравст­венно и справедливо, не живя приятно...» (97). Счастье состоит в no­lo

лучении удовольствий, наслаждения. Однако удовольствие Эпикур видел не в чувственном наслаждении, а в отсутствии страдания, в пре­одолении опасности, в достижении невозмутимости.

Согласно Эпикуру, если человек живет справедливо, то он не мо­жет вредить другому, однако же, и не терпит вреда от других. «Из все­го того, что мудрость доставляет себе для счастья всей жизни, самое важное есть обладание дружбой. Поскольку счастье в жизни человека не вечно, то и справедливость не вечна, она изменяется с течением времени. Эпикур считал, что справедливость но своей природе двойст­венна: имеет природную основу и в то же время определяется челове­ческими отношениями, зафиксированными в различных соглашениях социально-нравственного порядка (97, с. 217-218).

Эпикур поднимается до осознания относительности понятия справедливости, отмечая тот факт, что действия, справедливые в од­них условиях, в других - «при перемене обстоятельств» - могут не совпадать с естественными представлениями о справедливости и ока­заться несправедливыми. Он приходит к верной мысли об отсутствии вечной неизменной, раз и навсегда данной справедливости.

Гераклит Эфесский (544-440 гг. до н.э.) считал, что все в жизни предопределено и движется непрерывно. Ему принадлежит идея не­прерывности развития - «нельзя в одну реку войти дважды». Гераклит анализирует проблему справедливости в контексте проблемы судьбы человека. Он полагает, что все происходит согласно судьбе, которая тождественна необходимости, «ибо все предопределено судьбой все­цело». Справедливость он полагает как закономерное происхождение событий в материальном мире, в природе. Природу Гераклит опреде­ляет как закономерное развитие всего и вся. Мудрость состоит в том, чтобы говорить истину и действовать, осознавая, согласно природе. Гераклит также считал, что справедливость и несправедливость - это приоритет человеческого разума, поскольку «для Бога все прекрасно и справедливо, люди же одно признали несправедливым, другое - спра­ведливым». Итак, по мнению Гераклита, справедливость есть законо­мерность и всецело ее трактовки принадлежат человеку. Справедли­вость неотъемлема от человеческой судьбы.

Демокрит (460-370 гг. до н.э.) являлся одним их первых идеоло­гов рабовладельческой демократии. Свои представления о справедли­вости он сформулировал в рамках данной идеологии. Демокрит фор­мулировал свои представления о справедливости в русле материали­стической философии. В этике он проводит четкие границы между тем, что делать должно и чего не должно. Справедливо с его точки зрения между всем выбирать середину. «Жизнь человеческая ничтож-на и кратковременна, сопряжена с многочисленными бедствиями и затруднениями, и поэтому нужно заботиться только об умеренном приобретении материальных средств и главные усилия направить на действительно необходимое». Необходимым же, по мнению Демокри­та, является сохранение более радостного расположения духа.

Демокрит считал, что рабы по своей природе люди низшего каче­ства, это задано высшими силами. Поэтому существование рабов в античном обществе является справедливым. Демокрит формулировал свои представления о справедливости в русле материалистической философии. Основой представлений о справедливости должна стать этика золотой середины. Он был противником излишнего богатства и вопиющей бедности. С его точки зрения справедливо во всем выби­рать золотую середину. «Жизнь человеческая ничтожна и кратковре­менна, сопряжена с многочисленными бедствиями и затруднениями, и поэтому нужно заботиться только об умеренном приобретении мате­риальных средств и главные усилия направлять на действительно не­обходимое». Необходимым же. по мнению Демокрита, является со­хранение более радостного расположения духа.

Начало исследования справедливости как категории относится к философскому наследию Платона. Платон (428-348 гг. до н.э.) создал весьма развернутую концепцию справедливости. Считается, что она возникла в результате неизбежной, закономерной несправедливости -смерти учителя Платона Сократа.

Его теория гласит, что в обществе все закономерно и объективно. Справедлива социальная структура древнего общества, закономерен порядок классов, существующих в обществе. Он считал, что государ­ство представляет собой как бы два государства: одно составляют бед­ные, другое - богатые, и все они живут вместе. Платону принадлежит наиболее общая и универсальная формула справедливости: «каждому свое». Все, что выражает закономерное развитие общества, можно на­звать справедливым. Начало общества есть потребность в удовлетво­рении социальных нужд, потому и возникает государство. «Многие люди собираются воедино, чтобы обитать сообща и оказывать друг другу помощь: такое совместное поселение и получает у нас название государства» (122). Ясно, что оно мудро, мужественно, рассудительно и справедливо. Каждый отдельный человек должен заниматься чем-нибудь одним из тою. что нужно в государстве, и притом как раз тем, к чему он по своим природным задаткам больше всего способен. За­ниматься каждому своим делом и не вмешиваться в чужие дела - это и есть справедливость.

Таким образом, социально-философское осмысление идеи спра­ведливости у Платона заключается в рассудительном и разумном слу­жении своему государству.

Аристотель (384-322 гг. до н.э.) внес огромный вклад в развитие идей справедливости и разработал наиболее развитую концепцию справедливости. Он считал, что «только человек способен к воспри­ятию таких понятий, как добро и зло, справедливость и несправедли­вость и т.п.». Справедливость же состоит в образе мыслей и в образе действий. Справедливость он уже считал не предрасположенностью, а она осмыслена человеком, им постигнута и понята. Аристотель выде­лил два вида, две формулы справедливости:

•          Уравнивающая справедливость. Она предполагает воздаяние равным за равное и базируется на принципах эквивалентно­сти, соразмерности.

•          Распределяющая справедливость. Допускает неравное распре­деление благ с учетом свойств субъектов (их происхождение, пол, заслуги, способности).

Справедливость, по Аристотелю, должна являться одной из основ семьи и государства. Государство же существует не просто ради со­вместного жительства, а ради прекрасной, разумной деятельности, для государственного общения. Ведь речь способна выражать и то, что полезно и то, что вредно, равно как и то, что справедливо и несправед­ливо. Принципы, формулы справедливости Аристотеля определяются характером отношений, к которым прикладывается сама формула, а также потребностями и интересами субъектов. В практической части своих нравственных сочинений Аристотель указывает на различные привычки, которые мы, но его мнению, должны воспитывать в себе, дабы поступать, как следует. Однако не все добродетели возможно описать и регламентировать. Справедливость есть единственная доб­родетель, подчиняющаяся строгим правилам.

Аристотель в «Политике» также рассмотрел вопрос о социальном неравенстве. Он писал, что ныне во всех государствах есть три эле­мента: один класс - очень богат, другой - очень беден, третий - сред­ний. Этот третий класс является наилучшим, т.к. его члены но услови­ям жизни наиболее готовы следовать рациональному принципу (5). Он считал, что из бедняков и богачей одни вырастают преступниками, другие мошенниками. Реалистически размышляя о стабильности госу­дарства, Аристотель отмечал, что необходимо думать о бедных, т.к. где множество бедняков исключено из управления, неизбежно будет много врагов. Аристотель выступал как против власти бедняков, так и против эгоистического правления богатой плутократии. Лучшее обще-

i-тво формируется из среднего класса, и государство, где этот класс многочисленнее и сильнее, чем оба других, вместе взятых, управляется лучше всего, ибо в нем обеспечено общественное равновесие и спра­ведливость.

Таким образом, возможно деление всех древних философов и ученых, внесших вклад в разработку проблемы справедливости, на две i руппы. как это делает А. Смит в своей работе «Теория нравственных чувств»:

1.  О справедливости первые писали как критики

2.                 О справедливости вторые писали как грамматики.

Первые, в число которых можно включить древних моралистов, довольствовались тем. что описывали в обших чертах различные доб­родетели и пороки, но они не предлагали точного правила, которое можно было бы приложить ко всем без исключения возможным случа­ям. Обозначить и отличить их друг от друга можно только посредст­вом описания внешних их проявлений и изменений.

Моралист второй группы стараются сформулировать точные и неизменные правила, предписывающие как мы должны поступать в каждом конкретном случае. Подобное разделение, несомненно, заслу­живаем внимания. Но справедливость нельзя увидеть, измерить, запро­токолировать. .. Встает вопрос о правомерности такого разделения. Справедливость - это идеальная ценность.

Лекция 2.

Идеи справедливости в эпоху

Средневековья и Возрождения

1.            Основные особенности и тенденции развития представлений о справедливости в эпоху Средневековья и Возрождения.

2.            Взаимодействие религиозных и светских трактовок справедли­вости в эпоху Средневековья и Возрождения.

1. Основные особенности и тенденции развития

представлений о справедливости в эпоху

Средневековья и Возрождении

Общепризнанно, что важнейшей особенностью развития пред­ставлений о справедливости в Средние века и эпоху Возрождения бы­ло сильное религиозное влияние. Борьба светских и религиозных трак­товок справедливости стала ведущей тенденцией, характерным явле­нием в свете представлений о справедливости.

В рамках доминирующего тогда религиозно-геологического ос­мысления справедливости тоже шла борьба, в которой противостояли и соперничали в главном официальные догматы церкви и ереси. Ере­тические учения в Средние Века и эпоху Возрождения были одним из факторов обновления представлений о справедливом и несправедли­вом.

Кроме того, на уровне обыденного сознания населения формиро­вались и воспроизводились в практике социальной жизни свои пред­ставления о справедливости на каждый день. Они очень дифференци­ровались по типам поселений, странам, национально-этническим группам.

Характерной особенностью эпохи Возрождения стало усиление и распространение трактовок справедливого и несправедливого в жизни общества и человека, которые связывались преимущественно с при­родными и культурными основами социального прогресса, развитием личности, ее творчества. В этой связи для понимания справедливости особое значение приобрела идея свободы и социального npoipecca, служение которому стало рассматриваться одним из базовых основа­ний трактовки справедливсоти в обществе.

Вместе с тем эпоха Возрождения и ее трактовки справедливости в главном характеризовали развитие событий на европейском континен­те. Социальное время и национально-культурные особенности различ­ных стран и народов продолжали масштабно дифференцировать по­нимание справедливого о жизни общества и человека.

2. Взаимодействие религиозных и светских трактовок справедливости в эпоху Средневековья и Возрождения

Августин Блаженный (354-430 н.э.) - представитель раннего ев­ропейского средневековья. Он опирался на схоластические представ­ления о развитии общества и человека, но постепенно сформировался как крупный идеолог христианства. Его учение легло в основу католи­цизма как одной из основных ветвей христианства. Основное произве­дение А. Блаженного «О граде Божьем» занимает особое место в ряду работ о справедливости. Общество он представляет как борьбу двух царств: царства грешного, языческого и царства божественного, хри­стианского. В обществе при движении к справедливости, к порядку, правде определенное значение играм религия и религиозная власть в обществе. А. Блаженный считал, что религиозная власть в обществе должна быть выше, чем государственная светская власть.

Рабство, по мнению А. Блаженного, не является божественным созданием. Люди сами способствовали утверждению рабства, оно су­ществует как объективная данность и он призывает терпеть его как то, что неизбежно в современном мире. При ЭТОМ он проповедует аске­тизм, веру в загробную жизнь, где царствует благо и справедливость. В своих доказательствах о современном ему обществе А. Блаженный опирается на трактовки справедливости Платона и Аристотеля.

Фома Аквинский (1225-1274 гг.) в истории его учение о спра­ведливости занимает видное место. Он выступает как классовый за­щитник трактовки справедливости. Ф. Аквинский понимает справед­ливость как результат божественного влияния, как бытие Бога в чело­веке и обществе. В своем учении «Сумма теологии» он оперирует ка­тегориями потенциальное и актуальное. Потенциальное Ф. Аквинский характеризует как то, что в жизни человека несовершенно, незаконно, неустойчиво, зыбко, неявно. Актуальное он представляет как совер­шенное, устойчивое. Высшим выражением актуального предстает Бог как источник всякого оформления, осуществления, актуализации, и как сама актуализация, ее реальное бытие.

Ф. Аквинский представлял человека как личностное соединение души и тела. Душа - нематериальна, но субстанциональна. Она выра­жает некую суть, завершенность человека. Бытие человека связано с единством души и тела. Бытию личности актуальность придает душа. Личность - ЭТО самое благородное во всей разумной природе. Для нее характерен синтез интеллекта и любви к сущему. Интеллект - это дос­тижение отдельного человека, его способность мыслить. Любовь -благородное отношение к сущему. Любовь к Богу, к сущему важнее,

чем познание. В характеристике справедливости наиболее существен­ным является любовь к Богу как высшая форма справедливости.

В этических взглядах Ф. Аквинского очень важным является уче­ние о естественном и божественном в законах жизни людей. Естест­венный закон жизни людей определен природой вещей и вложен в сердца людей Богом. Он продиктован необходимостью воспроизво­дить себя, сохранять себя, жить самому. Божественный закон возвы­шается над естественным и касается высших астральных форм бытия души и тела человека. По мнению Ф. Аквинского, божественный закон не должен подавлять естественный закон, а должен с ним сосущество­вать. В этом Ф. Аквинский видел высшую справедливость.

В работе «О правлении государей» Ф. Аквинский говорил о спра­ведливой оптимальной и несправедливой форме сосуществования лю­дей и государей. Он отмечает, что у народа есть право на восстание. Бунт - это естественное проявление справедливости. Он возможен и справедлив, когда нарушены естественный и божественный законы бытия людей.

Аверроэс (Ибн Фужд) (1126-1198 гг.) разработал теорию двойст­венности истины, научной веры и научного знания. Он основатель ма­териалистической социальной мысли эпохи Средних Веков и Возрож­дения. Его учение является основой свободомыслия. Оно характеризу­ется как важнейшее средство теоретической борьбы за справедливость. Это учение Аверроэса уже тогда противостояло религиозно-теологической трактовке справедливости.

Согласно учению Аверроэса, в природе и обществе царит строгая необходимость, объективная неизбежность, которая составляет основу для понимания справедливого и несправедливого. Эта объективная необходимость обусловлена требованием развития материальной и духовной жизни. Именно она представляется как воплощение спра­ведливости. Аверроэс полагал, что к совершенству и справедливости нас ведет не аскетизм, не мистический экстаз, а подлинное научно-философское познание и деятельность, а также труд.

Сигер Брабанский (1240-1284 гг.) является крупным последова­телем Аверроэса в Европе. Он утверждал, что человечество вечно, но смертны душа и тело отдельного человека. Счастье/несчастье и спра­ведливость/несправедливость возможны и в земной жизни, как награ­да/наказание за нарушение объективной необходимости, объективных требований бытия людей. Каждый человек в его жизни следуя или не следуя объективной необходимости, может творить справедли­вое/несправедливое. На этой основе он определяет благо, добро и зло: то, что справедливо - это благо, добро; то, что несправедливо - это

зло. Сигер Брабанский оказан сильнейшее влияние на таких величай­ших творцов эпохи Возрождения, как Данте и Пикоделла Миранделла.

Таким образом, в эпоху Средневековья и Возрождения начинают распространяться и доминировать традиции свободомыслия в трактов­ке справедливости. В эту эпоху широкое распространение получают градации эпикурейства. Эпоха Возрождения сталкивается с формиро­ванием индустриальной цивилизации, капитализма, первое крупное выступление рабочих, обездоленного крестьянства против эксплуата­ции.

Идеологом обездоленного крестьянства и предводителем кресть­янской война в Германии являлся Томас Мюнцер. Его идеи справед­ливости носят ярко выраженный уравнительный характер. Он считал, что высшим проявлением справедливости является признание равен­ства людей друг другу в обществе. Его представления о справедливо­сти связаны с религиозными воззрениями. Т. Мюнцер призывал к по­строению царства Божьего на Земле на основах справедливости и ра­венства.

Крестьянские восстания и войны, движение пролетариата создали позднее основу возникновения социалистических утопических идей, где проблемы справедливости повсеместно стали ключевыми, связан­ными с социально-классовой дифференциацией людей, решением про­блем ликвидации и эксплуатации человека человеком.

Лекция 3.

Осмысление проблем справедливости

в Новое и Новейшее время

1.            Основные особенности и тенденции развития представлений о справедливости в Новое и Новейшее время.

2.            Виднейшие представители и школы в теории справедливости в Новое и Новейшее время.

1. Основные особенности и тенденции развития представлений о справедливости в Новое и Новейшее время

Отличительной чертой этого периода была реакция на авторитар­ные концепции закона, права и справедливости. На идеях Возрожде­ния и Реформации выросла философия справедливости, которая кар­динально отличалась от философии другого периода. Первым шагом в этом направлении была попытка установить при помощи разума уни­версальные принципы или аксиомы морали, права, политики. В каче­стве методологического образца были взяты считавшиеся точными и универсальными доказательства геометрии.

Несомненно, сильнейшее воздействие на концепции справедливо­сти в этот период оказывало поразительно быстрое развитие естество­знания, а движущей силой последнего считали применение метода, гарантировавшего математическую точность и достоверность резуль­татов. В это время Р. Декарт пытался построить теорию познания и систему философии с помощью такого математического метода. Пу-фендорф утверждал, что математика и этика равно достоверны. Наи­более разработанный и систематический вид имели доказательства Б. Спинозой автоматической природы моральных и политических прин­ципов. Именно в его философии становится очевидной ошибочность идеи о дедукции принципов естественного права с помощью некоего псевдоматематического метода. Несмотря на геометрическую форму, в которую Спиноза облекает свою этическую систему, очевидно, что он выходит далеко за пределы дедуктивного доказательства в попытке свести моральную справедливость к естественным законам, аналогич­ным законам естественных наук. Это была попытка рационализации очень высокого порядка, напоминающая идею стоиков об универсаль­ном характере разума. Этика Спинозы также оказала влияние на фило­софию индивидуализма, которая радикально переосмыслила понятие справедливости.

В Новое и Новейшее время продолжается начатый в эпоху Воз­рождения   процесс   дифференциации,   детализации   характеристики

Кант утверждал, что человеческий разум автономен и не является неким вторичным источником для постижения законов природы или божественного разума. Что говорит разум человеку, то должно стано­виться для него законом; универсальность императивов разума не оз­начает существования некоего сверхъестественного их источника, ибо для Канта любой такого рода «источник» непознаваем.

Окончательная и универсальная природа законодательства разума обосновывается тем. что отрицать предписания человеческого разума -• значит, отрицать само существование и моральную природу челове­ка. Таким образом, для Канта справедливость реализуется в таком об­щественном строе, где господствует признание следующего императи­ва разума: последним критерием поступка является приемлемость поящего за ним принципа в качестве универсального принципа, под­ходящею для всего человечества. Ничто иное не может быть оправда­но с точки зрения разума.

Несмотря на все свое благочестие, Кант вполне реально смотрел на перспективу выполнения людьми этой заповеди. По его мнению, правовая справедливость должна насаждаться в обществе принуди­тельным образом. Только в этом случае можно рассчитывать на осу­ществление моральной справедливости.

Но вопросу о первенстве правовой справедливости перед мораль­ной Канч высказал вполне определенное понимание различия и связи двух типов справедливости. Кантовский взгляд прямо противоположен любому учению о естественном праве, утверждающему, что правовая справедливое! ь должна основываться на принципах божественной или моральной справедливости.

Конечная цель юридической справедливости - сделать возмож­ным осуществление моральной справедливости, однако юридическая справедливость не может принудить к моральной справедливости. «Но i оре законодателю, который установления, направленные на этические пели, захочет осуществить путем принуждения! Таким путем он не только создал бы нечто прямо противоположное этическому, но по­дорвал бы и сделал неустойчивым даже политические основы». В ус­ловиях юридической справедливости человек свободен осуществлять моральную справедливость, а достижение свободы быть моральным есть осуществление юридической и политической справедливости.

Спенсер (1820-1903) в идее справедливости различает два эле­мента: положительный и отрицательный. Положительный элемент ее заключается в признании за каждым человеком права на беспрепятст­венную деятельность и на пользование теми благами, которые она приносит. Отрицательный элемент заключается в осознании того, что

существуют пределы, обуславливаемые наличием других людей, кото­рые имеют права, и уважение к которым является необходимым усло­вием общественной жизни. Истинная справедливость возможна путем координации этих двух указанных элементов. Причем идеи равенства и неравенства применяются одновременно: первая - к границам, а вто­рая - к результатам человеческой деятельности (150).

Марксистская концепция справедливости была разработана и воспроизводилась в русле материалистической философии, главным образом, - исторического материализма (96). С точки зрения марксиз­ма, справедливость - укутанное в идеологическую оболочку выраже­ние существующих экономических отношений, ее содержание и со­стояние зависят от существующего способа производства. В каждую историческую эпоху в соответствии с развитостью способа производ­ства и соответствия ему производственных отношений в обществе, в жизни людей формируются адекватные им представления о справед­ливости и отношения справедливого/несправедливого.

Проводником, защитником, гарантом справедливости (относи­тельно несправедливости) во всякую историческую эпоху в условиях определенной, исторически-конкретной общественно-экономической формации является исторически про1рессивный класс. Защита им сво­их интересов в рамках определенной общественно-исторической фор­мации признается в марксизме относительной исторической справед­ливостью.

Подлинная справедливость - высшее выражение справедливости в обществе - возможна в условиях коммунистической общественно-экономической формации, т.к. только в условиях коммунизма возмож­на ликвидация эксплуатации человека человеком, а, следовательно, и всеобщая справедливость. Идеально справедливым обществом в мар­ксизме считается такое общество, в котором свободное развитие каж­дого является условием свободного развития всех (Маркс, Энгельс «Манифест Коммунистической партии»).

Концепция справедливости Дж. Роулза является популярной современной теорией (129). В своей книге «Теория справедливости» он воскрешает кантовское понятие общественного договора, согласно которому справедливость является априорным правом каждого инди­видуума независимо от того, каковы его желания и интересы. Соглас­но утилитаризму, последние всегда должны играть решающую роль (при условии определенной математической выверенное™). Согласно Роулзу, они должны быть выверены по абстрактному идеалу справед­ливости. Любое желание или любой интерес, которые ему противоре­чат, должны получить оценку не сточки зрения выгод или невыгод,

получаемых сторонами, а с той рациональной точки зрения, согласно которой, например, рабство ввиду его несправедливости не может оцениваться по степени пользы, которую оно приносит рабовладельцу,

Роулз включает понятие равенства в определение справедливости. Но в по определение включено понятие неравенства. Справедливость выступает, таким образом, мерой равенства и мерой неравенства меж­ду людьми. Люди, безусловно, должны быть равны в правах и это ра­венство должно быть закреплено законом. Они должны быть равны при распределении социальных ценностей. Однако справедливым бу­дет и неравенство, тогда это - неравное распределение, даюшее пре­имущество тому, кто более талантлив и активен, достиг более мас­штабных результатов в деятельности.

Соответственно, определение справедливости, которое дает Ро­улз, распадается на два принципа:

1.   Каждый человек должен обладать равным правом в отношении наиболее обширной системы равных основных свобод, совмести­мой с подобными свободами для всех остальных людей.

2.                     Социальные и экономические неравенства должны быть органи­зованы таким образом, чтобы от них можно было бы разумно ожидать преимуществ для всех, а доступ к социальным положе­ниям и должностям был бы открыт открыт всем.

Суждения о справедливом и несправедливом, основанные на сформулированных Роулзом принципах, остаются в значительной сте­пени интуитивными, поэтому предполагается, что их будут делать лю­ди разумные, образованные и беспристрастные. Предпосылкой фор­мирования чувства справедливости у соответствующих индивидов является здоровое, разумно устроенное общество.

"

Лекция 4.

Осмысление современных трактовок справедливости

в религии и мифологии как формах общественного

сознания

1.            Религиозные и мифологические трактовки справедливости: со­временный контекст.

2.            Особенности современных мифологических трактовок спра­ведливости.

3.            Специфика религиозных трактовок справедливости.

1. Религиозные и мифологические трактовки справедливости: современный контекст

В истории развития общества в условиях перехода от одних типов общественного развития к другим всегда возрастало и возрастает вни­мание к проблемам справедливости. Это обусловлено еще и тем, что в эти периоды общественного развития усиливается роль мифологиче­ских трактовок справедливости.

Религиозное и мифологическое сознание перестало быть домини­рующим в последние столетия, однако оно сохраняет свою существен­ную роль и в современном обществе. Поэтому современный социум воспроизводит огромное количество новых мифов, старых мифов, иг­рающих важную роль в обществе вообще, в политической и экономи­ческой жизни, в частности.

Понимание мифотворчества и его распространенности в обществе заставляют более внимательно относиться к зарождению и распро­странению новых мифов, особенно социальных и политических. Миф мыслится современным сознанием вполне реальным, а не сказочным, и воспринимается людьми как возможная действительность. Мифоло­гическое сознание в современных российском обществе в устах силь­ных мира сего представляется как основной способ объяснения и по­нимания происходящих преобразований. Особенно этот характерно для социальной мифологии, когда социальный миф предстаег иллюзи­ей, мечтой, неким идеалом, которые не имеют (или мало имеют) от­ношения к реальной жизни. Достижение гармонии в рамках мифа час­то ориентируег человека на достижение нереальных и вообще сомни­тельных целей, которые обладают ярко выраженной эмоциональной привлекательностью. Мифологическое сознание - специфическая форма общественного сознания, которая продолжает существовать и на современном этапе развития человечества. Современный человек

воспринимает миф как повествование, совокупность фантастически изображающих действительность идей. В современной мифологии объяснение сущности вещи и мира в целом сводится в основном к особым формам поиска ответа на вопрос об их месте и роли в функ­ционировании социальной действительности.

Современный миф представляет собой сложное и противоречивое целое, т.к. круг тем, сюжетов, охватываемых мифами, - вопросы ре­альной жизни, актуальных и злободневных проблем человека, культу­ры, политического устройства, т.е. затрагивает широчайший, «Гло­бальный» круг коренных вопросов мироздания. Поэтому современный миф уже выступает не как сумма и даже система наивных рассказов древних, а как определенная форма мировоззрения (161, с. 37-44; 115).

Основной спецификой мифологической формы сознания является его стереотипность. Именно эта черта определяет влияние мифов на представления о справедливости. Современное религиозное сознание дифференцировано на несколько религиозных течений. Именно это задает основание специфики религиозных различных трактовок спра­ведливости.

2. Особенности современных мифологических трактовок справедливости.

Виталисгская социология исходит из того, что жизненные силы современною человека и общества могут усиливаться или слабеть под влиянием не юлько древней мифологии, ее использования в интересах современных властных структур и бизнесообществ, но и под воздейст­вием современных мифов, их идеологического и политического ис­пользования. Соответственно, социология справедливости придает серьезное значение рассмотрению особенностей современных мифов па решение проблем справедливости в жизни общества и человека.

В России 1990-х годов, например, в идеологической подготовке и использовании радикальной рыночно-либеральной реформации обще­ства использовалось сразу несколько мифов, связанных с различным пониманием справедливости, с использованием в принципе идеи спра­ведливого (несправедливого) в жизни человека и общества. Среди них ключевую роль сыграли следующие:

•          Миф о суперпривилегиях партийно-советской государствен­ной номенклатуры, нарушающий принцип справедливости движения к равенству социального положения различных об­щественных групп;

•          Миф о массовых нарушениях прав человека в СССР по срав­нению со странами НАТО, противостоявшими странам Вар­шавского договора;

•          Миф о подлинной справедливости и свободе в западном ры-ночно-демократическом обществе как примере для подража­ния новым реформаторам России-СССР;

•          Миф об отсталости и социальной незащищенности человека в так называемом тоталитарном советском обществе;

•          Миф об универсальной роли рыночного хозяйствования как регулятора социальных противоречий и двигателя социально­го прогресса и др.

Все эти мифы активно использовались зарубежной и отечествен­ной пропагандой радикально-либерально-рыночной элиты, опреде­лившей спектр изменений общественного строя в СССР конца 80-х -начала 90-х годов XX столетия. На этой основе произошли масштаб­ные изменения в трактовке справедливого и несправедливого в обще­стве. При этом чаще всего то, что считалось справедливым в условиях советского строя, стало характеризоваться как несправедливое в 90-е гг., в условиях либерально-демократических реформ западного типа: так, движение к социальному равенству, социальной однородности общества, преодоление социально-классовых различий в СССР счита­лось важнейшим показателем, основой реализации принципа справед­ливости общественного развития. В России 90-х гг., напротив, был провозглашен принцип поощрения социального неравенства, социаль­но-классовой дифференциации, свободы, в соответствии с которой «все, что не запрещено, то разрешено».

Как следствие того, реально разрешенной оказалась проституция и наркомания, алкоголизм и лесбиянство, гомосексуализм, насилие и воровство, обман в деловых и личных отношениях. Нормой стало по­лукриминальное право и правоприменительная практика, деморализа­ция внутрисемейных и межличностных отношений, криминальный бизнес и антигосударственное поведение чиновников, пассивность, апатия широких слоев населения.

Новая российская социальная мифология в главном оказалась свя­занной с идеологией и политикой радикальных либерал-демократов и их попечителей из стран «золотого миллиарда», международных цен­тров прозападного влияния, сионистских структур. Как и в первое де­сятилетие советской власти, она оказалась направленной против инте­ресов коренных народов России, против корневой системы русской культуры, русского национального самосознания.

В этих условиях самосознания широко распространился и стал доминирующим миф о справедливости социального партнерства и толерантности всех слоев населения, независимо от их имущественно­го положения, роли в обществе, уровня образования и общественной

активности, национального происхождения. При этом стала игнориро­ваться проблематика социальной борьбы, дискредитироваться полити­ка государственного патернализма, система государственной под­держки малоимущих слоев населения, абсолютизироваться значение и способность самозашитных действий человека в борьбе за свое благо­получие, свою защищенность.

В результате такой идеологической переориентации социальной мифологии у нас в стране был дискредитирован и замалчивается соци­альный идеал справедливого общества, в котором «свободное развитие каждого является условием свободною развития всех» (96). Вместо него предлагаются различные модели устойчивого развития общества, а также концепции рыночно-демократического общества, несвободно­го от социальных конфликтов и противоречий.

Проблематика современной социальной мифологии вообще и ее российский контекст, в частности, достаточно активно рассматривает­ся, анализируется в научной литературе (См. работы Ж.Т. Тощенко, Г.В. Осипова, В.Н. Кузнецова. Т.И. Заславской и др.). Эта проблемати­ка достаточно акцентировано связывается с решением вопросов соци­альной справедливости, а также с развитием и реализацией жизненных сил населения государства, его социальных институтов. Причем это делают часто даже те исследователи, которые весьма далеки от социо­логического витализма (52).

Отмеченная работа Т.И. Заславской 2004 года содержит целый ряд глав и параграфов, посвященных жизненным силам человека и общества в современной России. Вот их названия: «Культурно-политические силы России: определение понятия», «Зависимость трансформации российского общества от международных сил», «Внешнеполитические социально-культурные силы России», «Крими­нальные силы России», «Человеческий потенциал как решающий фак­тор развития общества». «Сущность человеческого потенциала», «Компоненты человеческого потенциала» и др.

На этой основе отечественная социология стремится преодолеть интервенцию социальной мифологии новой либеральной идеологии. И в этом плане социология вновь встала в оппозицию господствующему политическому строю в России и сегодня испытывает' серьезные труд­ности. Их преодоление наиболее успешно происходит в контексте ви-галистского социологическою знания и соответствующей ему управ­ленческой практики, ставящей во главу угла защиты справедливости сохранение и развитие жизненных сил человека, общества, его культу­ры.

3. Специфика религиозных трактовок справедливости

Христианство

Христианские представления о социальной справедливости, как и большинство религиозных идей, переживают в современных условиях значительную модернизацию. В этой связи возрастающий интерес к проблеме справедливости определяется тем, что христианство, при­спосабливаясь к современности, в целом значительно усиливает вни­мание к социальным вопросам вообще и к вопросам справедливости, в частности. Религиозные деятели различных конфессий в настоящее время настойчиво подчеркивают, что принципы справедливости зани­мают в учениях всех религий одно из важнейших мест.

На понимание справедливости в христианстве оказывают влияние следующие обстоятельства:

а) Всем христианским течениям присуща модернизация религиоз­
ных идей;

б)  Христианским учениям присуща вера в посредника между Бо­
гом и человеком, вера в абсолютную справедливость, в миссию, в Бо­
гочеловека, способного творить чудеса, осуществлять волю Бога на
земле. Таким посредником является Иисус Христос. В связи с этим
поиск справедливости, борьба за нее часто представляется как процесс
поиска мессии, спасителя, защитника.

В христианстве можно выделить следующие трактовки справед­ливости, которые имеют свою специфику:

а) Православная трактовка справедливости;

б) Католическая трактовка справедливости;

в) Протестантская трактовка справедливости;

Трактовка справедливости в православии

Православие представляет собой наиболее распространенное те­чение у нас в стране. Модернизация в теории и идеологии современно­го православия привела к сочетанию в воззрениях на справедливость традиционной мистики и проблематики, выражающей реальность, се­годняшние социальные проблемы, догматического его понимания, а также попыток изменить явно отжившие православно-христианские постулаты. Эти процессы находят свое выражение в разработке теоре­тиками православия таких тем, как «Справедливость и служение», «Наше участие в борьбе за освобождение и справедливость».

Одновременно верующим предлагаются как истинные представ­ления о социальной справедливости, основанные на традиционных религиозных догмах. Основными их элементами, точками отсчета яв­ляются: креаииционистское учение о происхождении человека, о не-

изменности ею основных свойств, утверждение, убежденность в при­родной и наследственной греховности людей, их склонности творить зло, несправедливости, учение о христианской любви, как основе ре­лигиозной морали, праведности человека.

В современном православии продолжает сохраняться и другая тенденция, в рамках которой обычно утверждается, что люди сотворе­ны Богом по его образу и подобию: справедливыми, «непричастными злу, прямыми, нравственно добрыми». Поэтому справедливость трак­туется как божий дар людям, следующим христианской вере. Более того, ряд исследователей полагают, что данный подход в Русской пра­вославной церкви является сегодня доминирующим. При этом сохра­няется тезис о греховности человека в миру.

Для православной трактовки социальной справедливости харак­терна доктрина посредствующей справедливости. В соответствии с ней. религиозные институты, обшины, «святые отцы» выступают как посредники, призванные высшей справедливостью - Богом- нести ее людям. Кроме того, во многих религиозных направлениях посредни­ком между Богом и людьми, высшей, абсолютной справедливостью выступает мессия - Богочеловек, Бог, способный творить чудеса и осуществлять волю Бога на земле. Таким посредником в христианстве является Христос. Достижение справедливых отношений современное православие связывает со вторым пришествием Христа, в царсгве ко-юрого все стороны понятия справедливости упраздняются.

В современном православном толковании справедливости пред­ставлен еще один аспект религиозного понимания справедливости -«воздающая справедливость». Религиозное мировоззрение всякий раз возвращает верующего к воздающей справедливости: одних, правед­ников, предначертано отправлять в рай, а грешников - в ад. В этом видится акт истинной, воздающей каждому по заслугам, справедливо­сти (179). Очень часто идеи о «страшном чуде для грешников, к кото­рым причисляются миллионы неверующих, звучат приглушенно. Го­раздо сильнее подчеркивается вечное блаженство в будущем царстве любви и справедливости для праведников. При этом возвышается зна­чение религии как единственной защитницы подлинной нравственно­сти и справедливости. Приобщение к нравственному высшему закону осуществляется через укрепление христианской веры. Ведь справед­ливость - это дар Бога человеку, тем людям, которые следуют христи­анской вере. Неверующие же лишены этой добродетели, как лишены они и подлинной нравственности. При этом справедливость трактуется на основе возведения в абсолют идеи всеобщей любви.

Православная доктрина социальной справедливости основывается на сугубо идеалистических воззрениях. При этом подчеркивается все­общая, трансцендентальная природа нравственности и влияние соци­альной среды на моральный облик, поступки человека. Причем нрав­ственность делится на «христианскую» и «естественную». Первая оп­ределяется Богом, носит всеобщий, внеюридический характер, а вто­рая - развивается под влиянием окружающей среды, касается межче­ловеческих отношений и носит юридический характер.

Важно различать и учитывать в современном православном бого­словии ветхозаветное и новозаветное понимание справедливости. Вет­хозаветная трактовка справедливости делает упор на отношение чело­века к Богу и Бога к человеку, а затем уже в этой связи рассматривают отношения между людьми. Понятие справедливости здесь отождеств­ляется с понятием праведности, под которым мыслится исполнение законов, выражающих мудрость Бога.

Новозаветное понимание справедливости считается принципи­ально иным, хотя оно и находится в прямой связи с ветхозаветным. В Новом завете во главу угла понятия справедливости поставлен не за­кон дел, не право, а любовь и совесть, «справедливо не око за око и зуб за зуб», а «ударившему правую щеку, подставь другую». Это в полной мере согласуется с возведенной в абсолют христианской идеей всеоб­щей любви, которая рассматривается как основополагающая норма справедливых общественных отношений.

Основой деятельного участия православных христиан в борьбе за утверждение справедливости, как в отдельных странах, так и на меж­дународной арене по-прежнему является проповедь всеобщей любви. Русское православие продолжает, утверждать как незыблемое то об­стоятельство, что Бог посылает людям мучения для испытания. Их нужно воспринимать со смирением и радостью. Кто уверует в Бога, получит справедливое воздаяние за мучения не в этой земной, а в веч­ной жизни, в царстве Божьем - царстве справедливости.

Таким образом, с точки зрения христианско-православного уче­ния, человек верующий, обретя спасение с помощью Бога, обретает и справедливость - награду за праведно прожитые на земле годы. Вера в Бога здесь выступает как панацея от всех бед, важнейшее средство преодоления несправедливости. Путь к справедливости, как путь к Богу, сводится к молитве и смирению «чистой души».

Католическая трактовка справедливости

Важные проблемы современности обсуждаются в католицизме в про1раммных документах - энцикликах Ватикана.

Энциклика «Dives in misericordia» 1980 г. посвящена справедли­вости. В ней утверждается, что угроза существованию человечества, достоинству людей, их правам, свободам происходит вследствие от­клонения от программ по претворению социальной справедливости, а гак же в связи с тем, что над справедливостью «берут верх другие не­гативные силы - злоба, ненависть, жестокость».

Энциклика предостерегает современного человека оттого, что он проникну! слишком по-мирски божественным призванием к господ­ству в мире, воспринимает всевозможным способом само понятие справедливости.

В католицизме признается, что самой человеческой природе при­суши принципы зла (в этом можно наблюдать сходство с православи­ем, где также признается греховная природа человека).

Существует глубинная порочность, целый комплекс пороков, по­рочный механизм, лежащие в основе современной экономики. Этот комплекс пороков не позволяет человеческой семье хотя бы отчасти преодолеть ситуацию несправедливости. А она очевидна.

Конечно, человек пытается своими средствами установить спра­ведливость, но все теории, методы и средства, направленные на пере­распределение материальных благ, только усугубляют отчуждение, т.к. они обращены против симптомов болезни, но не против самой бо­лезни.

Как же преодолеть эту ситуацию несправедливости?

Во-первых, поскольку признается греховная природа человека, лишь внутреннее моральное самосовершенствование и самопожертво­вание могут способствовать освобождению от згой греховности, тяго­теющей над людьми и установлению справедливого миропорядка.

Во-вторых, в энциклике «Dives in misericordia» непременным ус­ловием достижения справедливости объявляется милосердие Бога-отца.

В-третьих, не может быть и речи о справедливости, если она ве­дется в отрыве от разговора о христианской любви. Основа обретения справедливости - любовь, все иные пути преодоления отчуждения заводят в тупик; следовательно, осуществление христианской любви является делом первостепенного значения. Любовь к ближнему трак­туется не только как отношения между отдельными людьми, а вплоть до человечества в целом. Однако в документе II римскою синода го­ворится о том, что «справедливость в мире, христианская любовь, не подкрепленная делами, утрачивает свое значение в мире.

В католицизме получила детальную разработку идея справедли­вое in и справедливого общественного устройства. В 1963 г. в своем

письме папа Павел VI заявил о том, что церковь не предпочитает и не отвергает никакую форму правления, лишь бы она была справедливой и способной обеспечить благосостояние граждан. Это предполагает общество свободных, равных людей, обладающих достоинством и имеющих равные основные права.

Таким образом, представления о справедливости в католицизме получили наиболее полную разработку. Путь к справедливости - это не путь насилия, а путь любви, братства и мирской солидарности.

Трактовка справедливости в протестантизме

Рассмотрим специфику протестантских представлений справед­ливости на примере лютеранских трактовок.

Лютеранство - крупнейшее по численности направление в про­тестантизме, основанное в XVI в. Мартином Лютером. Фундаментом в лютеранской этике является учение о «личной вере». Это единствен­ное и достаточное условие для получения спасения, для познания справедливости. Согласно протестантизму, человек будет спасен, если осознает себя безнадежно греховным существом, если обретет личную веру в Бога. Огромное значение придается здесь воле Бога. Принципом этого течения является следующее положение: «Все в воле Божьей».

Никакими домогательствами грешника не добиться для себя спра­ведливого воздаяния. Только Бог по своей свободной воле дает чело­веку спасение. Необходимо только верить, а эта спасающая вера воз­никает под воздействием святого духа.

Поскольку человека спасает только личная вера, нет необходимо­сти в особых магических поступках, изолированных от обычной жиз­ни. Важно не то, что делает человек, а осознание своего долга перед Богом.

Существует и закон справедливости: так как человек - слуга Бога, значит он изначально уже спасен. У всех людей одинаковая надежда на успех, всем предоставляется нравственно-психологический кредит, который человек должен еще отработать. Все уже предопределено, на все воля Божья. Необходимо лишь использовать те возможности, ко­торые Бог тебе предоставляет. Каждый человек должегг быть уверен в своей избранности, добиваться собственных целей неукротимо, и по­следовательно, невзирая на препятствия.

В лютеранстве разработан идеал справедливого общественного устройства, где все будут жить в мире, добросовестно исполнять свое земное призвание, ггомня о безграничном и пока незаслуженном мило­сердии Бога.

Трактовка справедливости в исламе

Главными источниками исламского вероучения являются Коран и Сунна. Установки Корана обязательны для всех мусульман, а положе­ния Сунны - лишь желательны для выполнения.

В этих источниках официально закреплена социальная несправед­ливость, социальное неравенство. Коран исходит из того, что имуще­ственное и социальное неравенство людей установлено свыше и никем не может быть отменено: «Одним мы дали преимущество над други­ми» - гласит книга Истины.

Много в Коране говорится о рабстве рабовладении, хотя есть при­зывы относиться к своим рабам милосердно. Вместе с тем, попытки неповиновения рабов своим господам рассматриваются как неповино­вение воле самого Всевышнего: «Повинуйтесь Аллаху и повинуйтесь посланнику и обладателю власти среди вас».

В Коране и Сунне признается также, что достоинство женщин ниже, чем достоинство мужчин.

В соответствии с положениями Корана, Аллах одинаково отно­сится к бедным и богатым, главное, чтобы они исповедовали ислам.

В соответствии с положениями Корана, Аллах одинаково отно­сится к бедным и богатым, главное, чтобы они исповедовали ислам,

Вероучительные источники ислама много внимания уделяют и проблемам справедливости. В Коране содержатся призывы: «Будьте справедливы». «Будьте стойки в справедливости», а также требования судить по справедливости и пр. Однако обращение к понятию «спра­ведливость» связывается с соблюдением или несоблюдением религи­озных предписаний: «Кто стремится к посеву для будущей жизни, то­му мы увеличим его посев, а кто желает посева для ближней, мы да­дим ему его, но нет ему в последней никакого удела». Заботящиеся о ближней жизни объявляются «несправедливыми» и им обещается в Коране мучительное наказание.

Абстрактным призывам к справедливости на протяжении веков давались самые различные толкования. Длительное время вплоть до второй половины XX века считалось вполне справедливым рабство. Также ничего несправедливого не видела мусульманская мораль в униженном положении «неверных». Вместе с тем, были такие периоды в истории мусульманских стран, когда коранические идеи справедли­вости становились знаменем борьбы народных масс против своих уг­нетателей.

Угнетенные шли на гибель во имя восстановления социальных порядков первоначальной мусульманской общины, которые ассоции-

ровались в их сознании с идеалом справедливого общественного уст­ройства.

Неимущих привлекали в религии призывы к справедливости и взаимопомощи всех членов общины, которые объявляются братьями, требованиями, обращенные к имущим, оказывать помощь бедным.

Близки неимущим и поучения Сунны, обращенные к богатым: платить за труд еще до того, как пот высохнет на лице у работника, а также запрещение ростовщичества.

Сглаживает социально-экономическое неравенство, закрепленное в исламской идеологии утверждение о том, что все люди равны как «сотворенные Богом», идеи о «братстве всех мусульман».

Современные теологи не только признают, что в исламе всегда было узаконено социально-экономическое неравенство, но и оправды­вают такую позицию. Они говорят о том, что 60 лет тирании лучше, чем один час анархии. Подобные взгляды на проблему справедливости очень долговечны. Ислам очень консервативен и исключает проникно­вение новых веяний в свою идеологию. Новым поколениям мусульман предлагается неукоснительно следовать установкам, зафиксированных в сочинениях авторитетных богословов. Запрещается кому бы то ни было иметь самостоятельные взгляды по этим вопросам.

Трактовка справедливости в буддизме

Буддизм - древнейшая из мировых религий, получившая название от имени, а точнее от почетного титула ее основателя Будды. Будда означает «просветленный», Будда Шакьямуни (Мудрец из племени шакьев) жил в Индии в V - IV вв. до н.э. Другие мировые религии -христианство и ислам - появились позже (христианство - пять веков спустя, ислам - двенадцать веков спустя). За два с половиной тысяче­летия своего существования буддизм создал и развил не только рели­гиозные представления, культ, философию, но и культуру, литературу, искусство, систему образования - иными словами, целую цивилиза­цию.

Стержневым моментом представлений о справедливости в буд­дизме является идея воздаяния в непрерывной цепи перерождений, идея последовательного улучшения кармы человека, который ведет образ жизни, соответствующий срединному пути (не потворствовать чувственным наслаждениям, с одной стороны, и избегать чрезмерного аскетизма, с другой).

Методом демонстрации кармических последствий и способом их преодоления в этом мире являются четыре благородные истины. Цен­тральная идея первой истины: все, что связано с приверженностью к

стереотипам, обусловленным воспитанием и обучением (скандхами), есть дукха. Ею является рождение, болезнь, смерть, соприкосновение с неприятным, неполучение желаемого. «Я», созданное из скандх, по­хоже на паука. «Как паук, соткав паутину, сидит в середине ее и, убив внезапным наскоком бабочку или муху, попавшую в паутину, пьет их кровь, возвращается и снова сидит на том же месте. Таким же образом и существа, отдавшиеся страстям, развращенные ненавистью и обез­душившие от гнева, увлекаются потоком желаний, который они сами создали, но не могут пресечь его.

Вторая истина объясняет причину дукхи тем, что человек из-за страха перед временем и смертью пытается с помощью веры в сущест­вование некой души увековечить свое «Я».

Освободиться от дукхи можно лишь в том случае, если разум ос­вободится от пут привязанностей - в этом заключается третья истина.

И тогда разум обретает полную свободу, становится независимым от желаний и привязанностей, освобождается от скандх. Состояние разума, освобожденного от дукхи, есть.нирвана. В этом состоит чет­вертая истина.

Эти четыре благородные истины - основа для понимания харак­теристики автономии личности, самоценности бытия личности, ее объективной заданности. Нравственным идеалом буддизма является абсолютное непричннение зла окружающему. Буддизм в качестве сво­ей цели ставит поиск гармонии личности с естественной средой обита­ния.

Лекция 5. мысление современных трактовок справедливости в искусстве как форме общественного сознания.

1.                 Идея прекрасного и проблема справедливости в современном искусстве.

2.                 Воплощение в современном искусстве идей справедливости.

1. Идея прекрасного и проблема справедливости
в современном искусстве.

Идея прекрасного в контексте проблем справедливости возникла не сегодня, это произошло фактически еще на заре человеческой циви­лизации в связи с формированием у человека представления об обще­стве, о себе самом, о своей сущности и роли в обществе.

С первых этапов истории человечества существует традиция по­нимания прекрасного как одного из оснований и критериев в характе­ристике справедливости. Так происходило потому, что человек с ран­них этапов своей истории отчасти интуитивно, отчасти осознанно ис­пользовал прекрасное, искусство и все. связанное с прекрасным как средство постижения и творения справедливости.

Сложилось две традиции (подхода) к анализу проблем, лежащих на пересечении пркрасного-справедливого:

•          Прекрасное и справедливое анализируются как тесно взаимо­связанные понятие и явление;

•          Понятие прекрасное, искусство творение прекрасного и поня­тие справедливого использовалось и используется в контексте постижения справедливого и несправедливого средствами ис­кусства.

Эти две традиции в осмыслении взаимосвязи справедливого и прекрасного неоднократно испытывали влияние господствующих эс­тетических течений и школ: классицизм, романтизм, постмодернизм и т.д. В этих эстетических направлениях проблема справедливости трак­туется по-разному.

Рассмотрим данную проблематику более подробно.

2. Воплощение в современном искусстве идей справедливости.

В современном словаре эстетики прекрасное определяется как ка­тегория, эстетически характеризующая явления с точки зрения совер­шенства, как обладающие высшей эстетической ценностью. В эстетике подчеркивается, что явление можно считать прекрасным в том случае, когда оно в своей конкретно-чувственной целостности выступает как

общественно-человеческая ценность, воплощающая утверждение че­ловека в мире, свидетельствующая о расширении границ свободы об­щества и человека, способствующая гармоничному развитию лично­сти, возникновению и наиболее полному проявлению человеческих сил и способностей.

В истории человечества прекрасное и его восприятие исследова­лось в аспекте взаимоотношения духовного и материального, объек­тивного и субъективного, природного и общественного, содержания и формы. Специфика понятия определялась через его отношение к дру-тго рода ценностям: прекрасным (польза), познавательным (истина), нравственным (добро).

Тайна красоты тревожила человечество на протяжении веков. Шумерская цивилизация, одна из древнейших, в текстах зафиксирова­ла первый в истории человечества по поводу и поныне актуальной проблемы - каково взаимоотношение прекрасного и полезного. К ре­шению пой проблемы шумеры подошли с утилитарной точки зрения -наиболее полезное то. что является самым прекрасным.

У  древних  египтян  в литературных  произведениях  заключено мною глубоких теоретических идей о природе искусства и об эстети­ческих свойствах действительности. Они полагали, что прекрасное ecib жизнь. Так в гимне, воспевающем бога солнца Атона, говорится: Ты подаешь жизнь сердцем, твоею Красотою, которая и есть жизнь.

У первых натурфилософов в единстве выступают эстетическое и космологическое: прекрасное - это вселенская гармония красота миро­здания (слово «космос» означает одновременно и мироздание, и мир. и красоту, и порядок). Пифагорейцы развили учение о «гармонии сфер», считая, что красота - это мера гармоничности, истинности бытия, со­звучности космосу (97).

Гераклит гармонию видел не в статичном равновесии (как пифа­горейцы), а в движущемся, динамичном состоянии. «Краснота жизни есть красота борьбы, вечного умирания и вечного становления, возро­ждения из пепла». Он впервые в эстетике поставил вопрос о характере восприятия прекрасного: оно постигается не с помощью вычисления или отвлеченного мышления, а путем созерцания.

Демокрит выдвинул категорию меры и развил гедонистическую концепцию: жить нужно наслаждаясь, причем наслаждаться только прекрасным и в меру. Платон определял прекрасное не как вечную безотносительную идею, а как объективное качество вещей. Красота здесь выступает как мера, а мерой всего является человек (122).

В Средние века господствовала идея божественного происхожде­ния красоты. Так, Фома Аквинский усматривал источник прекрасного в Боге. Бог придает ей эстетические свойства.

Гуманисты эпохи Возрождения утверждали красоту самой приро­ды и радость ее восприятия. Юм считал, что прекрасное не есть каче­ство, существующее в самих вещах, а оно существует исключительно в духе, созерцающем их, и дух каждого человека усматривает иную красоту (178).

Материалистическая эстетика искала источник восприятия пре­красного в материальной действительности. При этом обнаружилось две тенденции: с одной стороны, явление рассматривалось как качест­во самих тел, как проявление природных закономерностей; с другой стороны, было стремление сочетать признание объективности пре­красного с его человеческим значением.

В отечественной литературе идея справедливости, идея служения справедливости является одной из самых ярко выраженных. Это свя­зано с пониманием идеала, поиски которого в России ведутся с начала XIX столетия (славянофилы, западники и т.д.). Литературоведение, литературная практика в СССР, в дореволюционной России традици­онно активно и заинтересованно характеризовала проблемы справед­ливости (См. труды В. Беленького, Н. Чернышевского, И. Ильина, А. Фадеева и др.).

Лекция 6.

Осмысление трактовок справедливости

в идеологии как форме общественного сознания

1.  Особенности идеологии как формы общественного сознания.

2.            Основные направления дифференциации идеологических ин­терпретаций справедливости в конце XX- начале XXI вв.

3.            Современные идеологические интерпретации справедливости.

1. Особенности идеологии как формы общественного сознания

Понятие справедливости выступает в качестве одной из централь­ных составляющих в большинстве идеологий. Идеология как форма общественного сознания специфически характерно выражала и выра­жает определенные идеи, взгляды, на справедливое и несправедливое. Идеология всегда выражает интерес определенного класса, социально­го слоя, национально-этнической группы и т.д.

Идеология - это совокупность общественных идей, теорий, взгля­дов, которые отражают и оценивают действительность с точки зрения интересов определенных классов. Она разрабатывается идейными представителями ЭТИХ классов, слоев, групп и направлена на утвер­ждение либо изменение, преобразование существующих обществен­ных отношений. В сфере идеологии формируются системы ценностей различных общественных классов и социальных групп, в них они осознаю! свои коренные интересы, место и роль в обществе, свое от­ношение к другим классам и социальным группам, формулируют и обосновывают цели и программы своей деятельности.

Вместе с тем идеология - это ценностная система, выражающая отношение к существующим порядкам, обосновывающая политиче­ские идеалы, принципы, нормы, цели, модели поведения. Она включа­ет в себя ценности справедливости, свободы, солидарности и т.д. Оценка социальной реальности означает ее соотнесение с политиче­скими потребностями и интересами, идеалами, принципами. Это явля­ется важнейшей функцией идеологии. Оценивая реальность, деятель­ность политических субъектов, ее результаты и последствия, идеоло­гия обретает регулятивно ориентирующую силу. Она направляет прак­тические действия в рамки тех целей, которые отвечают интересам господствующих классов или социальных групп или не отвергаются их большинством.

Любая идеология имеет своего субъекта. Субъектами идеологии как формы общественного сознания являются

1.                 Политические партии, общественные организации и движе­ния;

2.                 Правительство, государство;

3.        Различные социальные, национально-этнические, социально-классовые группы;

4.                 Трудовые коллективы.

Идея справедливости в рамках каждой идеологической доктрины играет ключевую роль, т.к. она позволяет говорить о защите интересов субъекта как подлинно справедливого в интересах защиты прав чело­века.

В глобальном плане характер идеологических трактовок справед­ливости задается тем, как понимается, по каким критериям характери­зуется современный социальный прогресс, как определяется характер современного этапа общественной жизни.

2. Основные направления дифференциации идеологических интерпретаций справедливости в конце XX- начале XXI вв.

До недавнего времени было наиболее распространенным проти­вопоставление коммунистической и капиталистической идеологий. Сейчас это противопоставление оттеснено на второй план, но оно ос­тается значимым в плане понимания социального прогресса.

Стратегически в глобальном плане сегодня выделяются две идео­логии, которые противостоят друг дру'у, это либерализм и консерва­тизм. Остановимся на этом более подробно.

В европейской общественно-политической литературе понятие «либерализм» появилось в начале XIX века. Термин «либерализм» происходит от латинского «liberalis» - свободный, имеющий отноше­ние к свободе. Все определения либерализма включают в себя идеи личной свободы индивида, которая не ограничивается традициями. Либерализм как сложное структурное явление, принадлежащее одно­временно философской, идеологической и политической сферам, предстает как историко-философская доктрина и политическая идео­логия, обосновывающая программные установки объединившихся под его знаменем социальных слоев, и как более или менее массовое орга­низованное движение.

Важнейшим достоинством политической системы либералами провозглашалась справедливость, а правительства - ориентация на моральные качества гражданина. В мировоззренческий комплекс клас­сического либерализма вошли представления о свободе от групповых, классовых, националистических и иных предрассудков; идеи космопо­литизма, терпимости, гуманизма, прогресса, демократизма и индиви­дуализма с подчеркиванием самоценности личности.

В экономической области основатели либерализма требовали от­мены регламентации и ограничений со стороны государственной вла­сти, простора для частной инициативы, максимально свободных усло­вий для развертывания частного предпринимательства. В сфере поли­тики он основывается на признании прав человека, на свободе выбора занятий, свободе конкуренции, что реализуется в требовании правово­го государства.

Концептуальное кредо классического либерализма включает в се­бя утверждение абсолютной ценности человеческой личности и равен­ства от рождения всех людей; провозглашение автономии индивиду­альной воли; требование создания государства на основе общего кон­сенсуса и с единственной целью сохранить и защитить естественные права человека, что определяет договорный характер отношений меж­ду государством и обществом; убеждение в необходимости верховен­ства закона как инструмента социального контроля и разумности огра­ничения объема и сфер деятельности государства; утверждение важно­сти защищенности государством частной жизни человека и свободы его действий в рамках закона. В классическом либерализме свобода еще не вступает в конфликтующие отношения с равенством. Свобода рассматривается как равная свобода для всех.

Идеология консерватизма сегодня рассматривается как один из важнейших структурных компонентов современных политических идеологий. Носителями идеологии консерватизма являются социаль­ные группы, слои, классы, заинтересованные в сохранении традицион­ных общественных порядков или в их восстановлении. Сам термин «консерватизм» произошел от латинского «conservo» - сохраняю, ох­раняю. В структуре консерватизма выделяются два идейных пласта. Один ориентируется на поддержание устойчивости общественной структуры в ее неизменной форме; другой - на устранение противо­действующих политических сил и тенденций. Различные направления м формы консерватизма обнаруживают общие характерные черты. К ним относятся: признание существования морально-религиозного по­рядка и несовершенство человеческой природы; убеждение в прирож­денном неравенстве людей и в ограниченных возможностях человече­скою разума; утверждения о необходимости жесткой социальной и классовой иерархии и предпочтения устоявшихся общественных структур и институтов.

В современном консерватизме в мире обычно выделяют три тече­ния: традиционалистское, либертариегкое и неоконсервативное. Они тесно переплетаются, взаимодействуют между собой, сохраняя осо­бенности эволюции, собственные истоки и создавая неоднородное.

сложноструктурное целое, которое и обозначают понятием «совре­менный консерватизм».

3. Современные идеологические интерпретации справедливости

Коммунистическая идеология считает справедливым такое обще­ство, в котором свободное развитие каждого является условием сво­бодного развития всех. При этом коммунизм провозглашает необхо­димость движения к социальному равенству, приоритет общественной собственности.

Капиталистическая идеология исходит из того, что справедливым является то, что поощряет социальную дифференциацию, дает воз­можность людям жить разнообразно, при этом отдается приоритет частной собственности.

Либеральное понимание социальной справедливости в основном сформировалось в эпоху буржуазных революций и опирается на дока­зательство абсолютного приоритета прав, роли личности в жизни об­щества и человека. В связи с этим личности предоставляется право выбора что и как делать.

Либерализм первоначально был ориентирован на инновационные формы организации общественной жизни, поэтому он более открыт новому, инновационному. В этом плане либерализм опережал консер­ватизм.

Консерватизм исходит из того, что основой устойчивого развития является преемственность форм общественной жизни, поступатель­ность, а не революционность развития, ориентация на проверенные временем устойчивые формы развития. Консерватизм ориентируется чаще на приоритет ценностей общественной жизни, на приоритет от­ветственности личности перед обществом. На этой основе справедли­вым является все то, что служит выше обозначенным принципам кон­серватизма.

Лекция 7.

Особенности интерпретации справедливого

и несправедливого в массовой психологии

и обыденном сознании

1.                 Массовая психология и обыденного сознание как форма об­щественного сознания.

2.    Специфика  трактовки  справедливого  и   несправедливого  в массовой психологии и обыденном сознании.

1. Массовая психология и обыденного сознание как форма общественного сознания

Массовая психология и обыденное сознание существовали прак­тически всегда, на всех этапах развития общества. Однако по мере раз­вития произошли выделение в относительно самостоятельные формы общественного сознания идеологии, мифологии, философии, религии, науки, искусства, обыденного сознания и массовой психологии. Наи­более существенной чертой обыденного сознания является то, что в нем находит свое непосредственное отражение опыт повседневного восприятия действительности.

Обыденное сознание складывалось на протяжении всей истории человеческого общества. На уровне обыденного сознания происходит передача из поколения в поколение огромного пласта социальной ин­формации, которая способствует формированию определенных соци­альных норм, национальной психологии, совершенствования народ­ных традиций. Обыденное сознание само по себе существует в не­скольких акцентированных формах: анекдоты, поговорки, стереотипы массового сознания, сленги и т.д.

Среди субъектов массовой психологии и обыденного сознания выделяют:

а) индивидуальный уровень субъектности. В связи с чтим говорят,
чю анекдоты запускает в жизнь отдельный человек.

б)   групповой уровень субъект ности. Считается, что субъектом
творения обыденного сознания является 1рупиовая психология, прак­
тика группового общения. Доказывается, что анекдоты возникают на
типично групповой основе. В тгом смысле группа является той базой,
на основе которой возникает обыденное общественное сознание.

В этом контексте говорят о самовоспроизводстве массовой психо­логии и обыденного сознания на основе групповых социокультурных стереотипов. Обыденное сознание весьма динамично, в нем действуют

свои законы, которые чаще всего не совпадают с искусством, с наукой и другими формами общественного сознания.

Справедливость является одной из наиболее распространенных тем, которые отражаются на уровне обыденного сознания, форми­рующегося в семьях, группах общения, в трудовых коллективах, об­щественных организациях, в повседневных коммуникативных связях во всех сферах общественной жизни. Основой формирования здесь представлений о справедливости главным образом выступают нормы, традиции обыденной жизни, массового сознания населения, повсе­дневная практика удовлетворения им своих жизненных интересов.

Рассмотрим данный аспект проблемы более подробно.

2. Специфика трактовки справедливого и несправедливого в массовой психологии и обыденном сознании

Проблема справедливости, хотя и служит предметом теоретиче­ских разработок, уходит корнями в обыденное сознание. Причина это­го в том, что само понятие справедливости - пережиток доцивилизо-ванных форм регуляции, следовательно, и предправовых, и преднрав-ственных. В представлении о справедливости отражается равенство людей в их отношении к труду и его результату и вытекающая из этого равенства эквивалентность обмениваемых социальных благ.

Понятие справедливости является переходным от мифологиче­ских символов-регуляторов к понятиям развитого общественного соз­нания эпохи цивилизации; оно возникает в тот длительный этап чело­веческой истории, когда натуральное родовое хозяйство сменяется товарным производством. Обслуживая столь длительный этап челове­ческой истории, понятие справедливости, глубоко укорененное в обы­денном сознании, приобрело чрезвычайно сильную культурную ус­тойчивость, способность возрождаться в духовной жизни эпох, весьма далеких от первобытного равенства, и питать собой все известные со­циальные утопии.

Стоит отметить, что основное содержание понятия справедливо­сти в его целостности сохранилось только на уровне обыденного соз­нания. Несмотря на то, что идея справедливости - продукт безличного интерсубъективного родового сознания, в обществе эпохи цивилиза­ции она претерпевает значительную трансформацию. Она, с одной стороны, консервируется в особом слое общественного сознания -обыденном сознания, с другой стороны - она как духовный стержень права и регулирующая идея обыденного сознания реализуется только через деятельность личности, как социального субъекта. Причем в этом процессе проявляются способности, принципиально присущие исключительно индивидуальному сознанию

«Истина, понятие, явление Moiyr быть в той или иной степени достиг нуты и интуитивно, путем прямого восприятия, без обоснования и доказательств. Интуиция имеет определенность как здравый смысл, самоочевидность, сама основана на интересах и потребностях. Во мно­гих случаях обыденной жизни интуитивно-рационального познания бывает достаточно. Так. о справедливости или несправедливости того или иного поступка, решения, позиции, закона готов судить каждый» (90, с. 65). Д.А. Керимов подчеркивал: «В процессе общественного развития личность вполне способна выразить и фактически повсеме­стно выражает социально необходимое куда более сознательно, широ­ко и масштабно, чем ЭТО необходимое зафиксировано в правовых пра­вилах поведения» (62, с. 184).

Общепризнанно, что в формировании обыденных представлений о справедливости главную роль играет личный повседневный опыт представителей разных общественных групп. В связи с этим говорят о специфике общественного мнения мужчин и женщин, разных этнона-циональных групп, представителей раздых поколений, специфике об­щественного сознания молодежи, представителей старшего поколения и i .д.

Кроме тою, на уровне обыденного сознания дифференциация представлений о справедливости может быть и по уровню доходов разных групп населения. Так. например, малоимущая часть населения справедливость чаше всего соотносит с равенством (доходов). Богатые же. наоборот, считают такой подход к справедливости нерациональ­ным.

Прикладные исследования последних лет свидетельствуют, что в массовом сознании наиболее распространены следующие стереотип­ные трактовки справедливости:

1.                                                                                                        Справедливость - это равенство:

2.                 Справедливость - это воздаяние по заслугам (инвариант: от каждого по способностям - каждому по труду);

3.                 Справедливость - это свобода (жить, действовать, удовлетво­рять свои потребности);

4.                 Справедливость - это законность;

5.      Справедливость - это служение Богу, божественная любовь.
Необходимо отметить, что в последние годы в России отмечаются

следующие тенденции, касающиеся изменений трактовок справедли­вости на уровне обыденного сознания:

1.    Происходит смещение количества предпочтений с трактовки справедливости как равенства в сторону увеличения сторон-

ников того, что справедливое распределение должно быть по заслугам;

2.                 Все чаще справедливость признается как социально оправдан­ное неравенство, хотя психологически неравенство вызывает все большую конфликтность, дискомфорт;

3.                 Увеличивается количество трактовок справедливости религи­озно-этического характера;

4.                 Все большее распространение получают трактовки справедли­вости как законности, как справедливого законотворчества.

Эволюция обыденных трактовок справедливости не носит только стихийного характера. Этот процесс в условиях развития универсаль­ного образа жизни, коммуникаций все более испытывает влияние субъектов национально культурной, политической, экономической социальной жизни, а также СМИ, новых коммуникационных техноло­гий и форм общения людей, видов их деятельности.

Лекция 8.

Философско-этическое осмысление

справедливого/несправедливого:

научный и мировоззренческий контекст

1.    Особенности анализа справедливого/несправедливого в фило­софии как науке.

2.           Этическое осмысление проблемы справедливости: современ­ный российский контекст.

I. Особенности анализа справедливого/несправедливого в философии как науке

Философия изучает наиболее общие законы развития природы, общества и человека. При этом философия как форма общественного сознания сочетает в себе мировоззренческую компоненту и научную (исследовательскую) компоненту.

В научном исследовательском плане философия предстает как наука, система категорий, понятий, с помощью которых формулиру­ются наиболее общие законы развития природы, общества и человека, в том числе и законы взаимодействия справедливого и несправедливо­го в жизни общества и человека в их взаимодействии с природой.

Важнейшей особенностью философских трактовок справедливо­сти является их достаточно абстрактный, общий характер. В филосо­фии с учетом научного, мировоззренческого характера знания доста­точно широко распространены и используются трактовки справедли­вое т. которые, опираются на те или иные законы развития природы, общества и человека.

Не все философы однозначно относятся к выделению собственно философских определений справедливости. Одна группа ученых ут­верждает, что нет собственно философских определений справедливо­сти. Они считают, что философия как наука задает некие основания для более конкретных трактовок справедливого/несправедливого.

Напротив, другие утверждают, что в рамках философского знания есть специфические трактовки справедливости, отражающие особен­ности понимания справедливого/несправедливого. Третья группа уче­ных, считает, что истина - «в золотой середине»: первые две точки зрения не исключаю!, а взаимодоиолняют друг друга в рамках фило­софского исследования проблемы справедливости.

К числу наиболее известных философских определений справед­ливости можно отнести:

1.        Справедливость - это следование тем законам развития обще­ства, природы и человека, которые открывает разум, общественный интеллект по мере своей эволюции;

2.   Справедливость - это следование и защита тех культурных ценностей, которые накоплены человечеством в ходе его прогрессив­ного развития;

3.        Справедливость - это следование общественному договору о разумном и целесообразном, которое соответствует достигнутому ис­торическому уровню развития человека, природы и общества во все времена.

В рамках разных научно-мировоззренческих картин мира и фило­софских систем, развивающихся на различной социокультурной осно­ве философские представления о справедливом существенным обра­зом дифференцируются. В этой связи, прежде всего, следует различать контекст западной, современной и восточной, азиатской социокуль­турной традиции, которые дифференцируются в отношении определе­ния, учета с позиций справедливости рационального и духовно-нравственного, природного и культурно-прагматического, мистиче­ского и прикладного, социально-прагматического в жизни человека и общества.

2. Этическое осмысление проблемы справедливости: современный российский контекст

Последнее время в мире отмечается тенденция к снижению барье­ров моральной регуляции поведения людей, тенденция к деморализа­ции общественных отношений, а также становится массовым нравст­венно-этический и социокультурный нигилизм. Все это затрагивает этико-философскую трактовку справедливости. Столкновение универ­салистских ценностей, возрастание значимости этнокультурной, про­фессиональной и индивидуально-личностной дифференциации ценно­стей и норм по-новому актуализирует проблему этической трактовки справедливости.

Опираясь на научный статус философии, философия как мировоз­зрение формулирует то или иное отношение людей к событиям обще­ственной, индивидуальной и природной жизни.

Мораль как общественное явление изучается этикой как наукой. Моральное сознание и поведение является объектом этики как науки.

Справедливость и несправедливость как категории этики органи­чески связаны с такими категориями, как нравственный идеал, совесть, долг, счастье, добро и зло

а)  первая группа включает в себя те определения добра и зла, ко­
торые характеризуют их как абсолютные критерии, максимально вы­
ражающие качества доброго и злого в жизни общества и человека и их
отношений с природой.

б)  вторая группа включает те определения добра и зла, которые
акцентируют внимание на содержании понятий добра и зла (об исто­
рической, этнокультурной, национально-государственной относитель­
ности).

Добро, выражающее специфические свойства морали, универ­сально. Оно многообразно в своих практических проявлениях, однако едино как понятие (можно сказать: помогать слабому есть добро и справедливость, а не наоборот).

Понимание добра и зла изменяется в зависимости не только от времени, но и от обстоятельств: в гражданской жизни убийство счита­ется преступлением, а во время военных баталий наоборот подвигом. Столкновение интересов часто приводит к тому, что добро для одного человека оборачивается злом дня другого. Изучение подобных мо­ральных казусов иногда провоцирует релятивистские выводы, но, тем не менее, относительность добра в качестве оценки не отменяет ста­бильности его статуса в моральном сознании, для которого постоян­ным остается общий вектор смысловой направленности к добру.

Добро и зло связаны неразрывно. Поэтому недостаточно подвер­гать зло осуждению, надо понять «предназначение» зла. Оно связано с участием зла в обеспечении нравственного развития, с его способно­стью выявлять и подчеркивать преимущества добра, с его потенцией трансформировать добро из пассивного состояния в активное.

Категории добра и зла связаны с базовыми ценностями человека. Прежде всего, эти категории связаны с понятием «жизнь». При этом используются обшие характеристики добра и зла: все, что в жизни природы, человека и общества способствует возникновению и разви­та) жизни считается добром, а все, что противостоит жизни, является злом.

Добро, как высшая моральная ценность, определяет собой весь строй морального сознания, существуя в виде некоего самоочевидно-ю. не веема осознаваемого общего фона нравственных ориентации. Задумываясь о счастье, смысле жизни, свободе, мы «разглядываем» мир и себя в нем сквозь призму добра и зла. желая выявить такие опо­ры для своего существования, которым можно придать статус добра.

Таким образом, вся стратегия «правильной жизни», занимающая цен­тральное место в пространстве этического знания, пронизана идеей добра.

Справедливость (важнейшая категория теоретической этики) - это понятие морального сознания, характеризующее такое положение ве­щей, которое рассматривается как должное, соответствующее опреде­ленному пониманию сущности человека и его прав. К числу важней­ших моральных ценностей относят всеобъемлющие идеи, аккумули­рующие суть морали и составляющие основу «правильной жизни»: добро, смысл жизни, свободу, счастье, духовное развитие. Сквозь призму этих идей можно выделить множество трактовок справедливо­сти в рамках этического знания.

Справедливость в этическом знании выступает критерием под­линности нравственных норм, а также действий, которые совершаются на основе этих норм. В этике трактовка справедливости чаще всего носит вариативный характер, в зависимости от господствующих мо­ральных ценностей в той или иной общественной системе. Так, напри­мер, существует либеральная трактовка справедливости, согласно ко­торой морально и справедливо все то, что служит интересам личности и индивида в защите общечеловеческих ценностей. В последние годы широкое распространение получила ценностно-культурная трактовка: морально и справедливо все то, что служит развитию человеческой культуры, цивилизации и совершенствованию жизни.

В марксистско-ленинской этике длительное время существовал Тезис о том, что морально и справедливо все то, что служит интересам пролетариата как протрессивного класса. Согласно либеральной точке зрения, морально и справедливо все то, что служит интересам лично­сти, защите общечеловеческих ценностей.

Стоит отметить относительность и историческую изменчивость трактовок справедливости в рамках этического знания. В соответствии с этим можно сделать вывод, что в этике трактовки справедливости носят вариативный характер в зависимости от того, какие нравствен­ные нормы господствуют в той или иной общественной системе.

Одной из современных этических теорий справедливости является теория справедливости Дж. Роулза (129). В ней он выдвигает два пред­варительных условия понимания справедливости. Первое условие оп­ределяется в связи с аргументацией того, что именно енраведтивость должна быть исходной категорией для построения этической теории. Это условие Роулз демонстрирует, показывая преимущества этических теорий, которые исходят из приоритета категории долга по отношению к категории блага. Первые теории он называет деонтические, вторые -

елеологические. С его точки зрения, деонтические теории позволяют преодолеть субъективизм в решении вопроса о благе и в целом подчи­нить этическую теорию задачам обеспечения справедливых условий для самореализации личности, т.е. именно человек, личность, обла­дающая многообразными интересами, является в таких теориях основ­ной ценностью.

Второе условие разъясняется через представление о свободном выборе в состоянии незнания, т.е. состоянии в котором гипотетиче­ский человека выбирает определенный тип общества, не зная, какое место он в нем займет.

Вопросы о приоритетах тех или иных жизненных благ^- Дж. Роулз выводит за рамки публичной морали. С его точки зрения позиций но поводу таких приоритетов может быть так много, что в их сопоставле­нии нет надежды достигнуть какого-либо консенсуса. Поэтому кон­цепция справедливости как основа правил публичной морали и основа целей деятельности государственных институтов должна быть по­строена вне связи с различными планами индивидуальной жизнедея­тельности, должна быть первична по отношению к любым телеологи­ческим теориям.

Дж. Роулз справедливость, прежде всего, соотносит с категорией честное!и, где исходными являются моральные принципы. Говоря о справедливости как честности, он подчеркивает, что стороны рассмат­ривают здесь в качестве фундаментального аспекта «Я» не способ­ность к удовольствию/неудовольствию, а свойство быть моральной личностью.

Роулз не считает моральный мотив приоритетным в том смысле, что именно моральная позиция дает человеку счастье в высшем смыс­ле слова. Справедливость просто рассматривается в качестве основно­го условия непротиворечивого (в масштабах общества) удовлетворе­ния собственных интересов, самоценность которых никоим образом не умоляется. Однако выбор относительно ценностей, на которые на­правлены эти интересы, личность, в конечном счете, делает сама, со­вершает его свободно в том смысле, что не должно быть какой-то об­щеобязательной морали, формирующей наши интересы.

Таким образом, Роулз понимает справедливость как свободный выбор при равных условиях, который устроил бы всех членов общест­ва, находящихся в естественном состоянии, т.н. при отсутствии инсти­тутов, защищающих собственность, при отсутствии какого-либо регу­лирования экономической жизни в смысле распределения доходов. Дж. Роулз делает попытку оригинального соединения двух противопо­ложных принципов. Это традиционный для либеральной теории прин-

цип ограничения функций государства лишь функциями «ночного сторожа», т.е. функциями охраны основных свобод, включая охрану политических и экономических прав при полном невмешательстве в распределение доходов. И, хотя и видоизмененный, но все же коммю-нитаристский принцип, полагающий необходимую заботу об общем благе.

Сузь соединения заключается в том, что приоритет отдается пер­вому принципу, т.е. фундаментальному пониманию справедливости как честности. Выполнение этого принципа необходимо для сохране­ния конкурентных начал, являющихся, с точки зрения Роулза, единст­венно справедливыми в организации общества, т.к. они позволяют че­ловеку реализовать себя и одновременно дают эффективную экономи­ку. Второй принцип дополняет первый. Он показывает правильный баланс в распределении доходов, при котором каждый человек незави­симо от его успехов и неуспехов согласился бы выбрать справедливое общество.

Для определения условий гармонии противоположных принци­пов, которые рациональный субъект мог бы выбрать в естественном состоянии, используется метод рефлексивного равновесия. Он позво­ляет конкретизировать представления людей о справедливости.

Суть метода рефлексивного равновесия заключается в том, что, для того чтобы получить ответы на интересующие людей вопросы, нужно сравнить нравственные суждения, принципы и теории, в том числе не только теории морали, но и более общие социальные теории. В своей книге «Теория справедливости» Роулз говорит в основном о теориях справедливости, которые представлены в истории этической мысли, и тех теориях, которые можно было бы предположить в каче­стве новых теорий, выдвинутых в будущем. Все это должно быть взято в расчет при решении вопроса о понимании справедливости. В резуль­тате может быть достигнут некоторое «рефлективное равновесие» ме­жду тем и другим применительно к решению данного конкретного вопроса, но не может быть обоснована окончательно истинность той или иной моральной теории принципа или суждения.

Сформулировав исходные тезисы, Роулз формулирует два прин­ципа ее понимания или две ситуации выбора, подвергающиеся осмыс­лению со стороны рационального субъекта в естественном состоянии.

Первый принцип: каждый должен иметь равные права в отноше­нии наиболее обширной схемы равных основных свобод, совместимых с подобными схемами свобод для других. Второй принцип: социаль­ные и экономические неравенства должны быть устроены так, чтобы:

) от них можно было бы разумно ожидать преимущества для всех; б) доступ к положениям и должностям был бы открыт для всех.

Раскрывая суть второго принципа справедливости, Роулз исполь­зует три понятия, выражающие три организационных принципа, дей­ствующих в структурах общества: «равно открыт», «принцип эффек­тивности», «принцип различия». Два последних понятия разъясняют, как можно понимать преимущества для всех.

Принцип эффективности показывает, что система является устой­чивой и ее нельзя произвольно изменять, не переходя к другой систе­ме, причем при подобном переходе нельзя ожидать удовлетворения всех ожиданий. Однако эффективность не является еще гарантом справедливости. Ролз говорит о том, что может существовать множе­ство эффективных базисных структур, задача же заключается в том. чТОбы отобрать из них те. которые являются еще и справедливыми, т.е. построить систему распределения основных благ на базе сочетания разных принципов.

Разбирая суть концепции демократического равенства, Роулз под­робно анализирует принцип различия. Он пытается сформулировать его в таком виде, который позволяет подтвердить исходные положения его теории, т.е. определить возможные социальные неравенства так, чтобы их теоретически согласились принять все.

Демократическая концепция, по мнению Роулза, допускает соче­тания принципа различия с принципом эффективности, но лишь в том случае, если эти принципы выполняются полностью в формально не-ШвисимЬм друг от друга смысле. Идея Роулза относительно сочетания принципа различия и принципа эффективности состоит в том, что раз­личие необходимо держать в таких пределах, которые обеспечивают возрастание ожиданий всех, в том числе малоимущих. Кроме общего положения о том. что возрастание неравенства допустимо только до тех пор. пока это приводит к улучшению положения самого низшего класса, данная идея демонстрируется также на основе принципа цеп­ной связи в ожиданиях.

Цепная связь предполагает зависимость между ожиданиями раз­ных слоев общества, которая в оптимальном случае должна выглядеть гак, что если улучшается также положение самых неимущих, должны 1акже возрасти ожидания всех тех. которые находятся между ними. Таким образом, можно сделать вывод о том, что Роулз определяет ка-гегорйЮ «справедливость» как честность и свободный выбор при рав­ных условиях.

Основная идея его теории справедливости состоит в том. что те, кто занят в социальной кооперации, вместе выбирают, в одном совме-

стном действии, принципы. Которые расписывают основные права и обязанности и определяют разделение социальных преимуществ. Лю­ди должны решить заранее, как они будут регулировать свои притяза­ния друг к другу и какова должна быть основная хартия их общества. Точно также как каждая личность должна решить путем рациональных размышлений, что составляет благо, т.е систему целей, рациональную для их преследования, так и группа людей должна решить раз и навсе­гда, что считать справедливым и несправедливым. Выбор, который должен был бы сделать рациональный человек в этой гипотетической ситуации равной свободы, в предположении, что проблема выбора имеет решение, определяет принципы справедливости.

Лекция 9.

Правовые трактовки справедливого

и несправедливого в жизни общества и человека

1.                Специфика научного анализа трактовок справедливости в пра­ве.

2.                Особенности  правовых  интерпретации справедливого / не­справедливого в современном российском социуме.

1. Специфика научного анализа трактовок справедливости в праве

Право как социальный институт возникает исторически достаточ­но рано. Уже с момента возникновения римского права как наиболее развитого свода правовых норм, проблема соотношения права и спра­ведливости была достаточно актуальной. Для права как социального института с первых периодов его истории проблема справедливости была одной из наиболее важных.

Справедливость входит в понятие права. Исходя из определения, право является справедливым, а справедливость - внутреннее свойство и качество права. Поэтому всегда уместен вопрос о справедливости или несправедливости закона, что по существу является вопросом о правовом или внеправовом характере закона, его соответствии или несоответствии праву.

Соотношение права и справедливости в юридической литературе трактуется неоднозначно. Спектр мнений по данному вопросу лежит межлу полным непризнанием справедливости юридических категорий и общим опрелелением права как нормативно закрепленной справед­ливости.

Отрицание юридического характера справедливости позволяет сделать заключение о том, что право по своей природе может быть несправедливым. Отсюда вытекает вывод, что нет принципиальной разницы между ним и произволом, т.к. произвол всегда несправедлив. Но гакой подход не будет соответствовать образу права, который сло­жился в общественном сознании и которое не считает правом неспра­ведливые законы, а несправедливые решения и приговоры суда вос­принимает в качестве актов правосудия.

Какого-либо другою принципа, кроме правового, справедливость не имеет. Огрицание же правового характера и смысла справедливости ведет к тому, что за справедливость начинают выдавать какое-нибудь внеправовое начало: требование привилегий, те или иные моральные, нравственные, религиозные, мировоззренческие, эстетические, ноли-

гические воззрения, интересы, требования. Тем самым правовое (т.е. всеобщее и равное для всех) значение справедливости подменяется каким-либо отдельным, частным интересом или произвольным содер­жанием.

Не точно будет и отождествление права и справедливости, т.к. сущность права не исчерпывается идеей справедливости. Право - это свобода, равноправие, законность. Справедливость рассматривается не как право в целом, а как один из его общих принципов. В этом качест­ве справедливость не только взаимодействует с другими отправными началами, но может вступать с ними в известные противоречия. На­пример, с позиций справедливости каждый преступник должен понес­ти наказание за содеянное. Однако уголовному праву известны такие институты, как давность в совершении преступления, амнистия, поми­лование, позволяющие освободить виновного от наказания полностью или частично. В данном случае обязательность наказания уступает место милосердию, а действие принципа справедливости корректиру­ется с позиций гуманизма.

Как общий принцип правового регулирования общественных от­ношений справедливость не получила текстуального закрепления в конкретных правовых нормах. Она редуцируется на совокупности юридических предписаний, выступая одним из критериев, отличаю­щих правовое законодательство от санкционированного произвола. При этом неизбежно возникает вопрос, что считать мерилом самой справедливости, если представления о ней могут меняться не только от одной исторической эпохи к другой, но и от человека к человеку. Че­ловеческий суд - зачастую суд неправый.

Существует ли вообше объективная основа справедливого, не за­висимая от чьего-либо объективного усмотрения? Таким критерием справедливости должен стать сам человек как участник общественных отношений. С этой точки зрения объективно справедливо все то, что способствует развитию человеческой личности, ее обогащению и со­вершенствованию. Отсюда справедливость права заключается в его соответствии главным направлениям социального прогресса, в обеспе­чении поступательного движения общественных отношений путем закрепления прав и обязанностей их участников, соразмерных достиг­нутому ими уровню.

Закрепление такой соразмерности осуществляется как посредст­вом законодательства, так и в результате правоприменения, когда не­обходимая нормативная база отсутствует, либо существующее законо­дательство противоречит юридическим принципам. В последних двух

лучаях решающее значение приобретает прецедентная практика су-лебных органов.

Наша правовая доктрина отрицает судебный прецедент как ис­точник действующего права, это привело к возникновению такой его альтернативы, как делегированное судебное правотворчество, осуще­ствляющееся внешними судебными инстанциями. Но судебное право­творчество, имеющее неоспоримое преимущество перед нормотворче­ством ведомственным, не успевает за жизнью, так как для него требу­ется обобщение имеющейся практики. До тех пор, пока это не про­изошло и у судов не появилась возможность применять общую норму, их деятельность при разрешении однородных дел не может иметь еди­нообразия, что наносит ушерб правопорядку, подрывает престиж вла­сти, а в конечном итоге нарушаег принцип справедливости. Нужен более гибкий и мобильный механизм восполнения пробелов в дейст­вующем законодательстве.

Справедливость судебных решений возможна только на основа­нии строгого соблюдения закона. Так характеризует справедливость С.С. Алексеев: «Справедливость приобретает значение правового принципа в той мере, в какой она воплощается в нормативно-правовом способе регулирования, в тех началах соразмерности, равенства и т.д., которые присущи самому построению правовой доктрины» (2) Однако справедливость ие совпадает с законностью. Порой бывает так, что в рамках закона правоприменитель находит решение верное с узко юри­дической точки зрения, однако с учетом индивидуальных особенно­стей случая такое решение может быть справедливым далеко не все­гда.

Таким образом, справедливость имеет в юридической практике и самостоятельное значение. Она является одним из ведущих начал при решении юридических дел, когда суду предоставлена «свобода усмот­рения», когда суд осуществляет функцию по индивидуальному регу­лированию. Справедливость наряду с законностью, обоснованностью и целесообразностью является основным требованием к применению права. При этом справедливость, необходимым условием которой яв­ляются законность и обоснованность, оказывается тесно связанной с принципом целесообразности, понимаемым как соответствие деятель­ности органов и лиц в рамках закона конкретным условиям места и времени, выбор оптимального пути осуществления нормы в конкрет­ной жизненной ситуации.

Справедливым в рамках закона может быть признано единственно возможное в конкретном случае, наиболее оптимальное, разумное, гуманное решение. Оно может быть найдено на основе правильного

установления обстоятельств дела, их верной правовой и социальной оценки и истолкования конкретной правовой нормы в системе других норм данной отрасли права, а при необходимости и всего права в це­лом. А.Т. Боннер считает, что определение справедливости невозмож­но без понятия истины (17). Он пишет, что истинность и справедли­вость - самые важные качества судебного приговора.

Известно, что, только установив истину, можно справедливо нака­зать виновного. При этом наказание виновного только одна сторона его справедливости, второй чрезвычайно важно его стороной является полное соответствие тяжести содеянного и личности преступника. Правильное решение этою вопроса в судебной практике представляет большую трудность. Кроме того, по мнению А.Т. Боннер, в понятие истины в правосудии входит и не может не входить общественно-политическая оценка фактов, в том числе их моральная оценка. Без такого рода оценки невозможно вынести справедливое решение.

Выше мы охарактеризовали те параметры, без наличия которых невозможно справедливое решение. Однако это еще не дает полного представления о сущности справедливого как характеристики право­судия. А.Т. Боннер характеризует сущность спаведливости как харак­теристики правосудия, критикуя положения, выдвинутые НА. Чечиной и А.И. Экимовым (173). По мнению этих исследовате­лей, несправедливым является незаконное и необоснованное решение. В то же время качество справедливости утрачиваег доже обоснованное и законное судебное решение, если оно вступает в противоречие с тре­бованиями морали. Таким образом, несправедливость судебного ре­шения, по мнению указанных авторов, возможна в следующих случа­ях:

1.                 Если норма, которая применяется судом, является не­справедливой;

2.                 Если судом была избрана «не та» норма права;

3.                 Если суд не установил в необходимой степени об­стоятельств дела;

4.                 Если юридическая норма, хотя и избрана верно, ис­толкована неправильно.

По мнению А.Т. Боннер, второй и четвертый пункты могут быть охарактеризованы через понятие «незаконность», третий - через поня­тие «необоснованность». Уяснить первую из чиста приведенных слу­чаев без употребления слова справедливость невозможно. В данном случае суд не в состоянии вынести справедливое решение, т.к. само законодательство не достигло соответствующего уровня. Радикальное устранение коллизии между моралью и правом в ситуации такого рода

возможно, как правило, путем приведения закона в соответствии с мо­ральными установлениями. Но для этого необходимо убедить законо­дателя, что закон несправедлив, а потому должен быть отменен или изменен.

Впрочем, в ряде случаев выход из положения может быть прост. Суд или иной правоприменительный орган должен попытаться более или менее удовлетворительно разрешить возникшую коллизию в рам­ках действующей правовой системы. Это можно сделать путем спра­ведливою истолкования данной нормы и познания ее действительного смысла в системе норм конкретной отрасли права, а также права в це­лом, учитывая, кроме того, индивидуальные особенности дела подле­жащего разрешению.

В ряде случаев коллизии между требованиями законности и спра­ведливости судебного решения могут быть смягчены, если суд будет стараться наиболее справедливо истолковывать применяемые им нор­мы права. Данному вопросу в свое время определенное внимание уде­лил русский правовед проф. Е.В. Васьковский. Он указывал, что в слу­чае, если норма является двусмысленной, т.е. неясной, нужно пони­мать ее в смысле наиболее соответствующим духу действующего за­конодательства. Е.В. Васьковский предлагал из двух одинаково воз­можных смыслов нормы отдавать предпочтение тому, при котором норма представляется более справедливой.

2. Особенности правовых интерпретаций справедливого / несправедливого в современном российском социуме

Актуальность рассмотрения специфики правовых интерпретаций справедливости (несправедливости) в современном российском обще­стве в главном определяется в начале XXI века следующими причина­ми:

-    во-первых, тем, что лавинообразное обновление законодатель­ства в России 90-х годов XX века создало принципиально новую пра­вовую основу зашиты жизненных интересов человека и общества в стране, по-новому интефируя справедливость организационно-правовых оснований трансформации всех сфер ее жизни;

-    во-вторых, тем, что «дикий рынок» 90-х годов оказал сущест­венное влияние на законотворчество и правоприменительную практи­ку, заложив основы криминализации правового механизма обеспече­ния справедливости, а также нарушения ее норм и процесса реализа­ции;

в-третьих, в связи с этим нельзя не отметить криминализацию деятельности государственных чиновников, в том числе органов охра­ны правопорядка, суда и прокуратуры;

-    в-четвертых, констатируя радикальную постреформенную мо­дернизацию правовых основ социальной сферы страны и администра­тивного управления на всех уровнях его организации, что оказывает сильное влияние как на развитие представлений о справедливости, так и на ее реальные правовые гарантии;

-    в-пятых, можно отметить то обстоятельство, что в России рубе­жа XX-XXI веков радикально изменилось отношение граждан к орга­нам власти и государственным чиновникам, к законодательству, кото­рое в значительной мере перестало отождествляться со справедливо­стью;

-    в-шестых, очевидным стало массовое взяточничество, покупае-мость судов, органов правопорядка, их отдельных сотрудников, что воспринимается как ... норма несправедливости;

-    в-седьмых, отметим падение в современной России авторитета государства и нрава как гарантов справедливости и др.

Традиционно в контексте правового регулирования решения про­блем справедливости в современной России акцентируется внимание, прежде всего, на двух подходах:

а)  законотворческом, нормативном обеспечении данного процес­
са;

б) правоприменительной деятельности.

При этом нормативно по традиции считается, что приоритет пра­вового регулирования общественного развития позволяет считать пра­вильным вывод о том, что справедливость - это законность в ее нор­мативно-творческом и правоприменительном плане.

Однако влияние российского криминала, мафии на законотворче­скую и правоприменительную практику, несовершенство действия принципа социального и морального оправдания правовых норм, ме­ханизма их применения и на уровне профессиональном, и на уровне обыденного сознания, повседневной практики не позволяет принять как универсально правильный вывод о характеристике законности как справедливости.

В этой связи остается серьезной проблема обеспечения высокой правовой культуры чиновников и госслужбы, управленцев, деловых кругов, активистов общественных организаций, широких слоев насе­ления. Эта проблема осложнена не только радикальным обновлением законодательства, механизма его применения, но и утраты людьми веры в справедливость правовых норм и их применения в условиях криминального беспредела и «дикого рынка» 90-х годов XX столетия, трудностей постреформенной модернизации, стабилизации общест­венного развития России.

Контекст такого развития событий был определен лозунгом ре­форматоров «первой волны»: «все, что не запрещено - разрешено». Как следствие того, в правовом плане справедливыми стали характе­ризоваться действия населения, несанкционированные нормами права. Это создавало и создает в контексте реального обеспечения правовой

справедливости серьезные проблемы, требует новых усилий по завершению правовой реформы в стране, ее согласованию с решением реальных проблем справедливости, обеспечения справедливости базо­вых социальных отношений.

Серьезной проблемой остается согласование норм права и право­применительной практики в различных регионах России, федерально­го и регионального законотворчества. Это законодательство плохо согласуется с формированием базовых социальных стандартов, с ре­шением проблем справедливости.

Таким образом, ключевой проблемой в совершенствовании пра­вовой трактовки справедливости остается согласование стратегий и норм социального и политического развития, их социально-экономическое

обоснование и правовое оформление.

Лекция 10. Экономические трактовки справедливости

1.                 Научное осмысление проблемы справедливости в экономике.

2.                 Экономические трактовки справедливости: современный рос­сийский контекст.

1. Научное осмысление проблемы справедливости в экономике

Радикальное изменение отношений собственности, рыночно-либеральное реформирование экономики России после 1991 года мас­штабно изменило и осмысление проблем справедливости. Представле­ния о справедливом и несправедливом в экономической жизни обще­ства также фактически изменились на прямо противоположные, ибо ориентация на достижение социальной однородности сменилась уста­новкой на утверждение свободы и частной собственности при расту­щем и сохраняющемся социально-классовом неравенстве.

Справедливость при социализме на языке экономики характери­зовалась в бывшем СССР, других социалистических странах главным образом как действие принципа распределения по труду: «от каждого - по способностям, каждому - по труду». Этот принцип, его справед­ливость рассматривались на фоне реализации социальной политики на преодоление масштабных имущественных и социально-классовых различий. Старшее поколение населения России и сегодня по-иреимуществу видит справедливость социально-экономического раз­вития общества именно так, несмотря на либерально-рыночную пере­ориентацию политики государства, изменение общественного строя в стране.

В новых условиях на либерально-демократической основе эконо­мические трактовки справедливости по-преимуществу связываются с обеспечением экономической свободы, прав частной собственности, а также с формированием социального капитала личности, позволяюще­го эффективно реализовывать умножение и сохранение капитала. В условиях растущего имущественного расслоения, как следствие тою, поиск путей обеспечения справедливости социально-экономическою развития связывается с формированием новой системы социального партнерства, договорных отношений работодателей, бизнеса, государ­ства и общественных объединений, профсоюзов наемных работников.

Выполнение этих трехсторонних договорных обязательств в рам­ках действующего федерального и регионального законодательства сегодня    становится    одним    из    базовых    оснований    социально-

экономической трактовки справедливости, стабилизации экономиче­скою и социального развития, обеспечения социально-экономической безопасности большинства населения страны. Реализация программ трехстороннего социального партнерства на региональном, муници­пальном и федеральном уровне в настоящее время становится одним из механизмов осуществления социальной справедливости.

Кроме того, реальным средством осуществления справедливости социально-экономического развития страны, ее отдельных регионов и поселений является планирование развития их экономики и социаль­ной инфраструктуры, бюджетная политика. Финансирование из госу­дарственного и муниципального бюджетов социальных программ под­держки «слабых слоев» населения непосредственно выражает спра­ведливость (несправедливость) в обществе и государстве. Кроме того государство, реализуя принципы справедливости экономической жиз­ни, может и должно поддерживать социально ориентированный биз­нес, работающий на нужды населения, социально-экономическую безопасность государства и ею жителей.

Наконец, сам бизнес, выполняя социальные программы, участвуя в поддержке государственной социальной политики, также реализует (может реализовать) принципы справедливости. При этом критерием эффективности участия государства деловых кругов, общее!венных организаций в обеспечении социально-экономической справедливости выступает развитость человеческого потенциала в той или иной стра­не, отдельном регионе, поселении, корпоративном сообществе.

В рамках либерально-рыночного осмысления, харакгеристики че­ловеческого потенциала он в главном определяется через развитость трудовых навыков, компетенций личности, ее профессионально-квалификационных качеств. Это также радикально отличается от де­финиций человеческого потенциала в политэкономии социализма, в марксисткой социологии, где он связывается с всесторонним, гармо­ничным развитием личности.

2. Экономические трактовки справедливости: современный российский контекст

В современных условиях России рубежа ХХ-ХХ1 веков с учетом разрушительных последствий реформ в экономике и социальной сфе­ре, приведших к массовой бедности, доминированию главной задачи человека - обеспечить жизнь, выживание - широко распространилась точка зрения, разделяемая многими известными социологами о том, что в условиях выживания, борьбы за жизнь говорить о справедливо­сти не приходится, что «усиление справедливости - вопрос благопо­лучного и стабильного общества» (54, с. 81).

Впрочем, одновременно с такой точкой зрения широко распро­страняется и вывод о том, что обострение проблем социальной, эконо­мической и политической безопасности в современной России, рас­пространение массовой бедности, социальной и экономической неза­щищенности большей части населения страны, как никогда в про­шлом, очевидной становится несправедливость радикально-рыночного реформирования российского общества (Глазьев, Львов, Бабурин, Су-бетто и др.).В этой связи в качестве наиболее общего, фундаменталь­ного подхода к пониманию справедливого социально-экономического переустройства общества в России предлагается принцип утверждения социально оправданного имущественного, экономического и социаль­ного равенства и неравенства граждан, отдельных социально-профессиональных и социально-демографических групп. Особо зна­чимо характеризуется предупреждение массового совпадения имуще­ственной, классовой и национально-этнической дифференциации, соз­дающей базу для социальной и национальной конфликтности, усугуб­ляющей остроту проблем справедливости в современной России.

Не менее важной представляется проблема растущих социально-экономических различий регионов России, создающих серьезные фудности социально-экономического обеспечения справедливости в жизни людей, проживающих в этих регионах. Здесь остро стоят вопро­сы экономического обеспечения стандартов социальной обеспеченно­сти населения, его социальной защиты, динамики роста заработной платы, пенсионного обслуживания, жилищной обеспеченности.

Актуальной проблемой справедливости в современной России яв­ляется поиск оптимального сочетания государственного регулирова­ния экономической и социальной сферой, его согласования с развити­ем социальных программ бизнеса, системных проектов общественных организаций «третьего сектора». В условиях реформы социальной сферы и административного самоуправления, «третьего передела соб­ственности» (этапа приватизации) эта проблематика предстает страте­гически важной. Она во многом оценивается в начале XXI века в Рос­сии именно в контексте проблем справедливости (несправедливости).

Особое значение в этой связи приобретает активность (пассив­ность) населения в сфере экономики, дифференциация этой активно­сти в различных поселениях, этнических и социально-демографических группах, имущественных слоях. При этом первосте­пенное значение приобрел вопрос о криминальной, теневой и легаль­ной, некриминальной экономической активности населения, что имеет прямое отношение к решению проблем социально-экономической справедливости. Рассматриваемый аспект проблемы имеет явно выра-

Лекция П. Социологические интерпретации справедливого и несправедливого

■

1.            Особенности социологического осмысления справедливого / несправедливого.

2.            Социальное равенство и неравенство как проблема справедли­вости.

3.            Справедливость как социальная идеология, норма, принцип и социальный механизм.

4.     Особенности  эмпирических  социологических   исследований проблем справедливости.

1. Особенности социологического осмысления справедливого / несправедливого

Социология как наука в соответствии со спецификой ее парадигм может акцентировать внимание на различных социальных аспектах понимания и осуществления справедливости. Однако в любом случае она исследует социальные проблемы справедливости, явления и про­цессы, характерные для совместного бытия людей, их общественной жизни, культуры ее осуществления, воспроизводства и защиты.

Традиционно чаще всего проблематика справедливости рассмат­ривается социологами в связи с вопросами оценки и регулирования в обществе социального равенства и неравенства, взаимодействия на этой основе различных социальных групп и общественных институтов, организаций, регулирующих отношения людей. При этом в зависимо­сти от общественного строя, его идеологии, интересов господствую­щих классов и слоев общества справедливым (несправедливым) при­знается либо движение (обеспечение) социального равенства, либо, напротив, существование, воспроизводство социального неравенства, либо наличие социального оправдания пропорций того и другого (ра­венства и неравенства социального положения людей) в конкретных социально-исторических условиях. Это ключевая, базовая, наиболее распространённая точка зрения социологов, независимо от их принад­лежности к различным научным школам, парадигмам социального мышления.

Этот общесоциологический взгляд на справедливость (несправед­ливость) в обществе охватывает ряд подходов, уровней, углов зрения на ее существование, проявление в социальной жизни:

-  во-первых, как уже отмечалось, справедливость выражается в определенном социальном положении общественных групп, их пред­ставителей, в социальной дифференциации общества;

-  во-вторых, она реализуется в социальной организации общест-ва, его социальных институтов, закрепляющих или трансформирую­щих, выражающих то или иное социальное равенство (неравенство) людей, их общностей в социуме;

-  в-третьих, справедливое и несправедливое выражается в дея­тельности, поступках людей, субъектов социальной организации, об­щественной жизни в целом;

-  в-четвертых, справедливость фиксируется и регламентируется социальными, моральными и правовыми, юридическими нормами, в нормативном регулировании социальных отношений;

-  в-пятых, можно говорить о социальном механизме нормотворче­ства и нормирования общественной жизни людей в обществе, что так­же предстает как явление справедливого и несправедливого.

Кроме того, различные проявления справедливости транслируют­ся, обеспечиваются информационно-идеологически, закрепляются со­циальным просвещением населения, профессиональным социальным образованием. Наконец, в этой связи нельзя не отметить и характери­стику справедливости как принципа, точнее - ряда принципов, кото­рые регулируют отношения людей в обществе по поводу получения благ, развития жизненных сил человека.

2. Социальное равенство и неравенство как проблема справедливости

Социальная дифференциация населения в обществе иа конкретно-историческом этапе его развития с точки зрения справедливости мо­жет оцениваться и оценивается по-разному. Это разнообразие в глав­ном определяется, во-первых, различными социально-экономическими и социально-политическими условиями, характерными для той или иной страны в исторически конкретный период. Во-вторых, вариатив­ное ть характеристики справедливого и несправедливого в социальной дифференциации   определяется   господствующими  идеологическими доктринами политического руководства интеллектуальной элиты, об­служивающей его деятельность. Здесь могут доминировать три основ­ных подхода: - либерально-демократический, ориентирующий на ха­рактеристику справедливости максимально разнородного, дифферен­цированного общества; - социалистический, ориентирующий на пре­одоление масштабного социального  неравенства; -  консервативно-государственнический. ориентированный на поиск социально оправ­данного, государственно регулируемого социального равенства и не-

равенства. В-третьих, можно говорить о влиянии на вариативность интерпретаций, анализ социального равенства (неравенства) в общест­ве его научных интерпретаций, конкретного социологического изуче­ния социального положения различных общественных групп в госу­дарстве, в отдельных его регионах, типах поселений, отраслях хозяй­ствования, социальной жизни в целом.

Одним из наиболее сложных вопросов социологического анализа про­блем справедливости социальной дифференциации в обществе являет­ся аргументация в пользу социального оправдания (осуждения) той или иной меры социального равенства (неравенства). В этой связи в качестве важнейших критериев, интегрирующих различные системы социальных показателей, выступают, как правило, следующие из них:

-    обеспеченность социальной безопасности личности, общества и государства;           . .

-    обеспеченность стабильности политического развития, функ­ционирования государства и общества;

-    обеспечение эффективности экономического развития, трудовой активности населения;

-    оптимальность воспроизводства и развития человеческого по­тенциала в обществе;

-    гармоничность регулирования противоречий, конфликтов в об­ществе, развития социального партнерства;

-    ориентированность на гуманизацию социальных отношений в обществе, развитие его социальной культуры;

-    гарантии социального развития личности;

-    приоритетное развитие, социальная защищенность коренных
народов государства, общества с определенной социальной дифферен­
циацией и др.

Проблема социального оправдания равенства и неравенства в со­временном обществе сегодня актуализируется еще и потому, что в бо­гатых странах с многочисленным средним классов, среди наследников богатств в олигархическом слое явно обостряется проблема трудовой активности и гражданской ответственности, здорового образа жизни, цивилизованного развития жизненных сил человека. Для стран «золо­того миллиарда» она стала типичной.

С другой стороны, данная проблематика актуализируется в связи с анализом сохранения и увеличения массовой бедности в странах третьего мира, где социальная дифференциация не может быть оправ­дана с позиций справедливости ни в международных, ни во внутриго­сударственных масштабах. Она стала глобальной, дискредитирующей современную цивилизацию, прежде всего, с позиций справедливости и

гуманизма, подлинно прогрессивного социального развития его куль­туры, зашиты жизненных сил человека, социальных сил личности.

3. Справедливость как социальная идеология, норма, принцип и социальный механизм

Характеристика справедливости в современной социологии в ус­ловиях роста темпов социокультурного развития, возникновения ново-i о сочетания технологического и феноменологического, социально-исторического, социогенетического и актуально-сетевого, повседнев­но-прагматического потребовала акцентуации целого ряда аспектов ее изучения. Прежде всего, возникла необходимость анализа справедли­вости как социальной идеологии, нормы, принципа и общественного механизма. Рассмотрим эти подходы к характеристике социальной справедливости отдельно.

Изучение проблем справедливости как социальной идеологии востребовано и активно развивается, прежде всего, потому, что пра­вящие силы в обществе и государстве в основу своих идейно-политических лозунгов и программ кладут ту или иную социальную доктрину, стержнем которой выступает социальная справедливость. Взятая в этом качестве справедливость выступает как определенная социальная идеология.

Восприятие этой социальной идеологии как своей, отражающей интересы людей, в народе тем шире, чем полнее она ориентирует го­сударство и бизнес, общественные организации  на удовлетворение актуальных и перспективных потребностей различных ipymi населе­ния, каждого человека. При этом восприятие перспективных целей социальной политики, которую оправдывает идеологическая модель справедливости, далеко не всегда может соответствовать ее реальному содержанию. В данном контексте осмысления справедливости содер­жится значительный ресурс манипулирования массовым социальным сознанием, общественным мнением широких слоев населения. Так случилось, например, в конце 80-х годов XX столетия с критикой при­вилегий госпартноменклатуры советского общества, богатства которой не идут ни в какое сравнение с тем, что имеет сегодня не только оли­гархическая  прослойка  рыночно-демократического  общества,  но  и значительная часть политической элиты и госслужащих.

Справедливость как социальная идеология может выступать в ка­честве таковой не только на уровне государства или его отдельного региона, но и на корпоративном, социально-групповом уровне, а также в контексте индивидуально-личностных стратегий деятельности чело­века. Однако в любом случае на каждом уровне ее реализации она от­ражает социальный интерес общественной группы, ее представителей.

Не менее значима для человека, государства и общества справед­ливость как норма. Нормирование, стандартизация в социуме выпол­няет несколько функций, среди которых обеспечение справедливости играет системообразующую интефативную роль. Социальное норми­рование непосредственно ориентирует органы управления, бизнес, общественные организации «третьего сектора» на тот или иной уро­вень социальной защищенности, реализации социальной справедливо­сти. Она согласовывается с политической, экономической, духовно-культурной и социально-экологической обстановкой в обществе, в отдельных регионах государства, типах поселений, с имеющейся здесь социальной дифференциацией.

Социальные нормативы и стандарты, кроме того, согласовывают­ся в обществе с нормами права, поддерживаются и оформляются ими. В этой связи современное законодательство имеет фактически само­стоятельную отрасль права - социальное право.

Социальные нормы и нормы социального права так или иначе со­гласуются с моралью, этикой, нравственными нормами. При всей от­носительности, слабости влияния нравственных норм на право и соци­альные нормы в условиях «дикого рынка» даже в России рубежа XX-XXI века мы можем наблюдать такую зависимость. Это выражается, прежде всего, в распространении практики поддержки социально ори­ентированного бизнеса, формировании деловой этики в корпоратив­ных сообществах, в бизнес структурах современного российского об­щества.

Социальная справедливость существует, характеризуется часто и как принцип. Например, базовым принципом справедливости социали­стического общества был провозглашен и признан такой его социаль­но-экономический принцип как «от каждого - по способностям, каж­дому - по труду». Для коммунистического общества этот принцип уже формулировался по-другому: «от каждого - по способностям, каждому - но потребностям». Свой базовый социально-экономический принцип был сформулирован и для классического капиталистического общест­ва: «право каждого на частную собственность».

Принципы справедливости могут формулироваться и на уровне корпоративных сообществ, отдельных общественных организаций, социальных институтов. Они в главном определяются миссией, пред­назначением, социальной ролью этих структур в обществе. При этом в рамках одного общественного строя, господствующего в стране, эти принципы обычно согласуются, соответствуют друг с другом.

Кроме того, они испытывают влияние моральных, правовых и со­циальных норм, а также экономической целесообразности, которая

также в той или иной мере, прямо или косвенно согласуется с принци­пами справедливости. Такое влияние обнаруживает себя также на всех уровнях социальной организации - от личностного, микрофупны до государства и общества.

Действие субъектов идеологического влияния, использующих различные концепции справедливости, ее нормы и принципы форми­рует устойчивые взаимодействия, которые обычно характеризуются как социальные механизмы осуществления справедливости. При этом нередко на основе того или иного принципа или нормы может возни­кать и функционировать, развиваться социальный механизм реализа­ции справедливости (несправедливости).

В этой связи существует два основных уровня, формы бытия та­ких социальных механизмов: -во-первых, механизм, существующий в форме устойчивых социальных отношений, взаимодействий, взаимо­зависимости, которые не оформлены организационно, институцио­нально; -во-вторых, это механизм, который в главном опирается на организационно-институциональные формы, закрепляющие устойчи­вость взаимодействий, функционирование социального механизма реализации справедливости (например, действие в современном рос­сийском обществе службы юсконтроля за качеством медицинского обслуживания населения).

Реальное осуществление справедливости фиксируется, понимает­ся людьми по-разному. Более объективную картину дают прикладные исследования, которые характеризуют объективно специфику спра­ведливости как социальной идеологии, нормы, принципа и социально­го механизма.

4. Особенности эмпирических социологических исследований проблем справедливости.

Активное развитие, совершенствование методов прикладных со­циологических исследований во второй половине XX века позволило оснастить исследовательский аппарат изучения проблем справедливо­сти их разнообразным набором. Это разнообразие вместе с тем вполне определенно группируется на относительно ограниченную совокуп­ность видов, методов прикладных исследований:

-   во-первых, это традиционные количественные методы социоло-гического анализа (анкетирование, экспертный опрос, телефонный опрос, почтовый опрос и др.);

-   во-вторых, это качественные методы сбора и обработки социо­логической информации (фокус-группа, контент-анализ, метод Дель-фи, метод интеграции экспертных оценок, метод БОУ и др.);

- в-третьих, можно говорить о формировании качественно-количественных методов эмпирических исследований (портфельная комплексная оценка-экспертиза социального явления или процесса, длительное моииторирование-экспертиза общественного развития, дисп-клуб и др.).

Использование различных методов социологического анализа проблем справедливости дифференцируется конкретными задачами НИР, вычленяющими среди этих проблем ключевые, определяющими их показатели и индикаторы. В главном это определяется углом зрения на проблему справедливости, уровнем социальной организации, в рам­ках которого рассматривается проблематика справедливого-несправедливого, а также характером НИР, ее профилем (комплексная или специальная, профильный анализ объекта исследования).

Относительно самостоятельная традиция - анализ общественного мнения населения по поводу остроты проблем справедливости в раз­личных сферах общества, в разных регионах государства, среди насе­ления различных типов поселений. Мониторинг этих оценок - важный показатель эффективности социальной политики в обществе, в отдель­ных регионах государства, показатель социальной и политической стабильности, эффективности социально-экономического развития.

Существенное значение имеет литературный анализ научных ис­точников, характеризующих проблемы справедливости, а также вто­ричный анализ данных прикладных исследований и статистики о со­циальном развитии различных общественных групп и институтов. Эти методы, как и контент-анализ документов и литературных источников значительно расширяет возможности и спектр анализа проблем спра­ведливости, разнообразие ее проявлений и понимание людьми.

Особую роль играют исследования социальных сил человека, че­ловеческого потенциала, проблем управления социальным здоровьем. Они значительно обогащают спектр анализа современных проблем справедливости. В основе этой новой традиции - становление социо­логического витализма, виталистской социологии как новой социоло­гической парадигмы - основы становления универсальной социальной метатеории, опирающейся на разнообразные методы исследования.

Заключение

Особое значение специального курса «Виталистская социология справедливости: истоки, состояние, перспективы развития»

Любой социальный строй в защите самого себя сегодня и в буду­щем всегда центральной проблемой в стратегическом плане определял защиту и трансляцию своей модели социальной справедливости, своей идеологии социальной справедливости. Не исключение и тот общест­венный строй, что «подарила» России либерально-рыночная револю­ция начала 90-х годов XX столетия, к итогам которой в начале XXI века мучительно приспосабливается население страны и трезвеющая от опьянения западными напитками либеральной справедливости оте­чественная политическая и интеллектуальная элита.

Разрушительные последствия для экономики и социальной сферы, для культуры и национальной безопасности страны, ее духовно-культурного и нравственного развития радикально-либерального ре­формирования России 90-х годов, прежде всего, обострили вопросы справедливости. Цена решения этих вопросов такова: существование коренных народов страны, их государственности, национальная безо­пасное ib человека и общества в России, сохранение их социального здоровья.

Острота проблемы усугубляется тем, что в стране за исторически короткий срок были проведены две радикальные ломки всего общест­венною уклада жизни, общественного строя. При этом оба раза (и в 1917 г.. и в 1991 г.) основам национального самосознания, националь­но-государственного развития русских как государствообразующего этноса был нанесен серьезный удар, что значительно ослабило их жиз­ненный потенциал.

Трудное возрождение нашего государства, его коренных народов только начинается. При этом их жизнестойкость, жизнь как таковая становится основой понимания и зашиты социальной справедливости. Все это делает настоящий спецкурс стратегически важным не только в контексте обучения, но и в воспитании кадров специалистов высшей квалификации социогуманитарного профиля, кому предстоит защи­щать справедливость и жизнь народов России в ближайшие десятиле­тия.

Пожелаем им успехов и ... жизненных сил в борьбе за подлинную справедливость!

Приложение 1

Библиографический список по курсу:

1.                    Августин Блаженный. О фаде Божием. Книги XVIII - XXII // Творения. Т. 4. СПб - Киев, 1998.

2.                     Алексеев С.С. Теория права. М., 1991.

3.                     Алексеева Т.А. Справедливость: морально-политическая филосо­фия Дж. Роулза. М.,. 1992.

4.          Антис П. Религии современности. М., 2001.

5.                     Античные философы: свидетельства, фрагменты, тексты. М., 1955.

6.                     Анурин В.Ф. Социетальная политика и социегальная справедли­вость // Региональная социальная политика: молодежный аспект. Нижний Новгород, 1997. С. 32-35.

7.                     Анурин В.Ф. Справедливость и общественные фонды потребле­ния // СОЦИС. 1990. № 12. с. 66-72.

8.                     Аристотель. Большая этика // Соч. в 4-х т. М, 1983. Т. 4.С. 295-305.

9.          Ахмедов А. Социальная доктрина ислама. М.,1989.

10.                Бакташев С.С. Социальная справедливость как принцип регули­рования межнациональных отношений. Авгореф. дис канд. соц. наук. Уфа, 1994.-21 с.

11.              Бербешкина ЗА. Справедливость как социально-философская категория. М, 1983.

12.              Биктасов O.K. Идея справедливости: к истории ее происхождения и развития // Правоохранительная деятельность и правовое госу­дарство. СПб., 1994. Вып. 3. С. 31-36.

13.              Биншток Ф.И., Ермакова Л.И., Коновалов Н.Н., Лешинскал А.Ф., Москвин Д.Д., Наумова Н.Ф. Проблемы социальной справедливо­сти в зеркале современной экономической теории. М., 2002.

14.              Блинов Н.М., Григорьев СИ. Возмущение несправедливостью. М, 1990.

15.              Блинов Н.М., Титма М.К. Нравственные ориентиры советской молодежи // СОЦИС. 1985. № 1.

16.              Бога шва Е. Справедлив ли рынок? // Свободная мысль. 1991. № 9.

17.              Боннер А.Т. Законность и справедливость в правоприменитель­ной деятельности. М., 1992.

18.              Боргош Ю. Фома Аквинский. М, 1975.

19.              Борисов В.А. Козина И. М. Социальная справедливость и права человека в массовом сознании (теория, методология исследова-